Уступка права требования и перевод долга в гражданском праве Казахстана: порядок, ограничения и правовые последствия

Тип работы: Материал
Бесплатно: Антиплагиат
Объем: 8 страниц
В избранное:

ПЕРЕМЕНА ЛИЦ В ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕ

П Л А Н

1. Уступка права требования

1. 1 Понятие уступки права требования (цессии)

1. 2 Случаи недопустимости цессии

1. 3 Передача прав по основному и акцессорному обязательству

2. Перевод долга

1. Уступка права требования

1. 1 Понятие уступки права требования (цессии)

Теория гражданского права разграничивает изменение обязательства

и перемену лиц в обязательстве. В первом случае прежний вид обяза-

тельственных связей исчезает и появляется новый, во втором случае со-

храняется тот же вид обязательства, но между другими лицами1 .

В свою очередь, замена лиц в обязательстве подразделяется на заме-

ну кредитора и должника и именуется, соответственно, уступкой права

требования и переводом долга.

Уступка права требования, или цессия, означает, что кредитор переда-

ет другому лицу по сделке или в силу законодательного акта принадле-

жащее ему право. Лицо, передающее право (первоначальный кредитор),

называется цедентом, лицо, которому право передается, - цессионарием.

Цессия - очень древний институт, известный еще римскому праву, и

новизна отдельных его аспектов вытекает по преимуществу из характера

отношений, не известных предшествующему обществу, и поэтому воз-

никают трудности соизмерения новых величин с устоявшейся правовой

моделью. Но, кроме того, в силу относительной самостоятельности пра-

вовых явлений, некоторые новшества продиктованы изменениями в пра-

вовой надстройке, в такой, например, области, как приемы законода-

тельной техники.

1 О. С. Иоффе. Обязательственноое право. С. 184. Следующие явления постсоветской действительности актуализирова-

ли проблему цессии и повысили ее место среди проблем гражданско-

правовой науки: расширение диапазона использования цессии в связи с

утверждением принципа свободы договора и разрушением системы пла-

ново-регулирующих предписаний; расширение сферы специального ре-

гулирования отношений, связанных с уступкой права требования; появ-

ление новых видов договоров, в которых нет еще полной совместимости

с общими правилами цессии; появление новых правовых институтов,

требующих скоординированности с институтом цессии; появление новых

приемов злоупотребления уступкой требования.

В главе 37 ГК (ст. ст. 729-738) предусмотрен новый институт граждан-

ского права - факторинг, смысл которого в упрощенном объяснении со-

стоит в покупке одним лицом долгового требования другого лица. Часто

такая уступка происходит потому, что кредитор не может получить долг,

а третье лицо такую возможность имеет и готов это сделать за опреде-

ленную плату. Правовым ядром таких распространенных отношений

является цессия, нормы о которой носят общий характер, а нормы о

факторинге - специальный, поэтому в силу п. 3 ст. 729 ГК общие пра-

вила о цессии применяются, когда правилами о факторинге не пре-

дусмотрено иное.

Значение цессии в современных условиях изменилось благодаря ко-

ренному изменению роли договора в экономическом обороте. Договор

стал отвечать своему изначальному предназначению - быть формой со-

гласования частных интересов. Частный интерес по своему существу ав-

тономен и не допускает вмешательства извне. Он может быть глубоко

обоснованным, но может быть и экзотичным и весьма субъективным.

Но каким бы он ни был, он приобретает существенное значение для до-

говора, если его обладатель настаивает на отражении этого интереса в

тексте договора. Никто не вправе сказать - это каприз и с ним не следует

считаться. Такой подход имел место при социалистических методах ве-

дения хозяйства. Хозяйственные договоры подлежали обязательному

заключению, и все преддоговорные разногласия решались госарбитра-

жем, который отвергал несущественные, по его мнению, требования сто-

рон и обязывал стороны заключить договор на определенных условиях.

В небольших пределах обязательное заключение договоров сохрани-

лось и сегодня (ст. ст. 387, 399, 400 ГК), но оно не делает погоды в товар-

но-денежном обороте. Свобода договора стала доминирующим принци-

пом взаимоотношений участников рынка. Правоприменение порой искажает данный принцип.

Вот пример из практики Верховного Суда РК.

Ответчик - ГКП «Северо-Казахстанский зерновой комитет» обратился в

Верховный Суд РК с жалобой на решение областного суда, которым с него

была взыскана в пользу ТОО «АК Голден Грейн» задолженность в сумме

138 млн. тенге. Ответчик считал, что иск предъявлен ненадлежащим истцом,

поскольку истец получил право требования указанной задолженности от

Павлодарского завода. Однако завод по догово-

ру с ГКП «Северо-Казахстанский зерновой комитет» мог уступить свои

права требования только с письменного согласия последнего, а такого

согласия ответчик не давал. Верховный Суд РК в удовлетворении жалобы

ответчика отказал, оставив решение облсуда без изменения. Одним из аргу-

ментов Верховного Суда был тот, что ответчик не смог дать вразумитель-

ного ответа на вопрос суда, каким образом ущемлены его права уступкой

истцом своих прав без согласия ответчика. Данный аргумент несостояте-

лен. Права ответчика ущемлены тем, что нарушено условие договора, кото-

рое по его пожеланию признано существенным, и он не должен ни перед кем

держать отчет, в чем состоит важность этого условия (разумеется, если речь

не идет о злоупотреблении правом и т. п. ) .

Перемене лиц в обязательстве посвящена гл. 19 ГК, девять из десяти

статей которой отведены уступке права требования (ст. ст. 339-347 ГК) .

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия

должника - таково общее правило закона (п. 2 ст. 339 ГК) .

Ст. 346 ГК называет требования, которые предъявляются к форме ус-

тупки требования. Они состоят в том, что уступка требования, основан-

ного на сделке, совершенной в письменной (простой или нотариальной)

форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Если уступка требования производится по сделке, требующей государ-

ственной регистрации, то она должна быть зарегистрирована в порядке,

установленной для регистрации этой сделки. Особый порядок оформле-

ния уступки требования существует для требований, вытекающих из ор-

дерной ценной бумаги. Такая уступка совершается путем индоссамента

на этой ценной бумаге.

Основания перехода прав кредитора к другому лицу в силу законода-

тельных актов содержатся в ст. 344 ГК. Перечень не носит исчерпываю-

щего характера, и законодательными актами могут быть предусмотрены

иные случаи. В перечень включен переход прав:

1) в результате универсального правопреемства в правах кредитора.

Универсальное правопреемство означает переход всех прав и обязаннос-

тей кредитора другому лицу. Универсальное правопреемство имеет мес-

то при смерти гражданина, реорганизации юридического лица; 2) по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, когда

возможность такого перехода предусмотрена законодательными актами.

Примером перехода права кредитора по решению суда может служить

перевод судебным решением на участника общей долевой собственнос-

ти права на долю в общем имуществе, которую приобрело третье лицо

без учета права участника общей долевой собственности на преимуще-

ственную покупку этой доли (п. 3 ст. 216 ГК) ;

3) вследствие исполнения обязательства его гарантом, поручителем

или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству.

Гарант, поручитель или залогодатель-вещный поручитель, исполнившие

свое обеспечительное обязательство (см. Лекцию 29), приобретают в ис-

полненной части права кредитора основного обязательства;

4) при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответ-

ственному за наступление страхового случая. Суброгация означает, что к

страховщику, осуществившему страховую выплату, переходит право тре-

бовать возмещения убытков в пределах произведенной выплаты с лица,

ответственного за наступление страхового случая.

Первоначальный кредитор обязан передать новому кредитору наряду

с правом и документы, которые его удостоверяют, а также необходимые

для реализации права сведения. При цессии прав, возникающих из

договора, контрагент (должник), в свою очередь, может требовать

предоставления новой стороной-кредитором доказательств перехода

к ней прав (ст. 342 ГК) . До представления таких данных должник

может не исполнять обязательства, не рискуя при этом впасть в про-

срочку (п. 1 ст. 342 ГК) .

В настоящее время одни авторы рассматривают цессию как самостоя-

тельный договор, другие не придают ей самостоятельного договорного

значения1 .

Наиболее веский аргумент, имеющий практическое значение, в пользу

отрицания самостоятельности договора цессии, выдвигаемый российски-

ми авторами, таков: если договор цессии - самостоятельный договор,

отличный, в частности, от договора дарения, это дает возможность обой-

ти запрет безвозмездной передачи прав между коммерческими органи-

зациями, стоит лишь назвать договор, по которому безвозмездно пере-

1 Обзор позиций различных авторов по данному вопросу см. : М. И. Брагинский,

В. В. Витрянский. Договорное право. Книга первая. Общие положения, Изд. Второе.

М. : Статут, 1999. С. 464-467; Л. Новоселова. Сделка уступки права требования и

основания ее совершения. // Хозяйство и право, 2003, № 7. С. 24-26. ходит право, «цессией»1 . Однако этот аргумент не работает в тех законо-

дательных системах, где нет запрета дарения между коммерческими орга-

низациями. Казахстанское законодательство в рассматриваемой области

существенно отличается от российского. Ст. 575 ГК РФ запрещает даре-

ние между коммерческими организациями; ст. 509 ГК РК такого запрета

не содержит. Поэтому для правоприменительной практики России воз-

мездность или безвозмездность договора, по которому происходит ус-

тупка права требования, имеет существенное значение, а для казахстан-

ской - этот момент не является столь важным. Кроме того, в силу п. 3

ст. 510 ГК дарение принадлежащего дарителю права требования к тре-

тьему лицу прямо разрешено и производится в соответствии с общими

правилами об уступке требования.

Право передачи требования является элементом правоспособности

обладателя субъективного права. Вступая в правоотношение и становясь

носителями субъективных прав и обязанностей, субъекты гражданского

права одновременно обогащают свою правоспособность, насыщая ее

новыми элементами. В частности, именно у участников правоотношения

появляется такая новая юридическая возможность, как распоряжение по

своему усмотрению принадлежащими им гражданскими правами, в том

числе правом на защиту (ст. 8 ГК) . В качестве составной части такой

возможности закон наделяет кредитора правом передать свои права тре-

тьим лицам. Юридические факты, посредством которых двое до этого не

связанных между собой субъектов (кредитор по какому-либо обязатель-

ству и третье лицо) становятся цедентом и цессионарием, то есть сторона-

ми нового обязательства - носителями субъективных прав и юридичес-

ких обязанностей, с соответствующим превращением возможности пра-

вообладания (права на передачу своих прав) в действительное обладание

правами и обязанностями, перечислены в ст. 7 ГК и сводятся чаще всего

к договору. Сходный прием используется законодателем при наделении

обладателя субъективного права собственности известной триадой пра-

вомочий. Но можно ли при этом рассматривать осуществление какого-

либо из этих правомочий, допустим, распоряжение вещью, как самосто-

ятельную сделку? Очевидно, нет, даже если для распоряжения законода-

тель сгруппировал бы воедино несколько норм и установил достаточно

четкие границы применения, как это сделано для цессии. Правомочие

распоряжения точно так же, как и правомочие уступки права требова-

ния, реализуется при наступлении юридического факта - обыкновенно

1 М. И. Брагинский, В. В. Витрянский. Упом. работа. С. 466. договора. Являются ли таким договором особый договор - договор

распоряжения или договор цессии? Нет, не являются, ибо им не присущи

признаки, позволяющие отграничить эти договоры от уже закреплен-

ных гражданским законодательством и выделить их в отдельный дого-

ворный тип. Даже в период действия Гражданских кодексов союзных

республик 1964-65 гг., когда цессию нельзя было облечь в форму дого-

вора купли-продажи, не предусматривавшего продажу прав, цессию ло-

гичнее было рассматривать не как самостоятельный договор, а как непо-

именованный договор с распространением на него по аналогии пра-

вил купли-продажи вещи. Поэтому, основанием передачи права являет-

ся не договор цессии, а иные договоры, в том числе и непоименованные.

1. 2 Случаи недопустимости цессии

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, посколь-

ку она не противоречит законодательству или договору. Назовем основ-

ные случаи, когда цессия законодательно запрещена.

Ст. 340 ГК запрещает переход к другому лицу прав, неразрывно свя-

занных с личностью кредитора, в частности, требований об алиментах и

о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью. П. 4 ст. 216 ГК

исключает уступку преимущественного права покупки доли участника-

ми долевой собственности. П. 1 ст. 523 ГК ограничивает круг лиц, кото-

рым могут передаваться права получателя ренты по договору постоян-

ной ренты. П. 2 ст. 573 устанавливает, что права арендодателя предприя-

тия, полученные им на основании лицензии на занятие соответствующей

деятельности, не подлежат передаче арендатору, если иное не предусмот-

рено законодательными актами. Не допускается передача нанимателем

своих прав по договору проката (п. 2 ст. 600 ГК) . Не допускается после-

дующая уступка денежного требования финансовым агентом, если дого-

вором финансирования под уступку денежного требования не предус-

мотрено иное (ст. 734 ГК) .

Называется еще одно ограничение в возможности передачи прав, ко-

торое в законе прямо не названо, но вытекает из смысла нормы. Речь

идет о недопустимости передачи права, которое возникнет в будущем,

поскольку ГК предусматривает, что если иное не предусмотрено законо-

дательными актами или договором, право первоначального кредитора

переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые

существовали к моменту перехода права (ст. 341 ГК) 1 . __ Случаи запрета или ограничения цессии называются и в ряде специ-

альных нормативных актов.

Так, в соответствии со ст. 68 Закона «О банкротстве» с момента

принятия судом решения о признании должника банкротом и его ликви-

дации, ему запрещается отчуждение и временная передача имущества.

Ст. 74 этого закона указывает, что конкурсную массу составляет имуще-

ство должника, включая и права требования (дебиторская задолженность) .

На практике названное обстоятельство иногда не учитывается. Павлодар-

ский облсуд взыскал с АО «АК Омскэнерго» в пользу ГАО «Экибастузкомир»

83 млн. тенге. В дальнейшем ГАО «Экибастузкомир» передало право требова-

ния этой суммы компании «Belgrafe Financial LLC». Верховный Суд РК в

своем определении отметил, что замена кредитора произведена незаконно,

так как на момент заключения договора цессии ГАО «Экибастузкомир» было

признано банкротом, и уступка права требования ущемляет интересы его

кредиторов, в том числе Республики Казахстан как кредитора по обязатель-

ным платежам в бюджет. Кроме того, требование банкрота в сумме 95 млн.

тенге передано новому кредитору всего за один процент от указанной суммы.

Разница между ценностью уступаемого права и суммой платежа за

него не является несправедливым обогащением цессионария. Это спра-

ведливое вознаграждение за преждевременное удовлетворение по обя-

зательству. Однако при наличии соответствующих фактических обстоя-

тельств можно представить себе ситуацию, когда якобы возмездный до-

говор имеет целью прикрыть дарение. В этом случае «явный» договор

ничтожен как притворная сделка. В приведенном примере все факты

свидетельствуют, на наш взгляд, о совершении сторонами притворной

сделки. Если бы вышеизложенная ситуация имела место в России, то

прикрываемая сделка (дарение) была бы признана ничтожной, в Казах-

стане же притворность упомянутой сделки не ведет к недействительности

прикрываемой сделки дарения самой по себе, ибо дарение между юри-

дическими лицами в Казахстане допускается, но ставит вопрос о недей-

ствительности дарения в силу противоречия Закону «О банкротстве».

Закон (ст. 347 ГК) определяет, что цедент отвечает перед цессионари-

ем за недействительность переданного требования, но не отвечает за не-

исполнение этого требования должником, кроме случаев, когда цедент

принял на себя поручительство за исполнение обязательства должником.

3 июня 2003 г. данная статья была дополнена словами «а также, если

иное не предусмотрено настоящим Кодексом или договором», что по-

зволяет сторонам по взаимному согласию расширить основания ответ-

1 М. И. Брагинский, В. В. Витрянский. Упом. работа. С. 470. ственности цедента, не ограничиваясь одним лишь случаем взятия на себя

поручительства за должника.

Цессионарий приобретает права по договору с цедентом, но никаких

обязанностей перед последним он не несет.

Павлодарский областной суд удовлетворил иск АО «Евразийская энерге-

тическая корпорация» к ТОО «ВИА» о взыскании долга по уступленному

праву требования. Верховный Суд РК установил, что истец уступил ответчи-

ку право требования задолженности с Семипалатинской РЭС. Впоследствии

между истцом и ответчиком было заключено соглашение, по которому ответ-

чик признается должником истца по переуступленному праву требования и

обязуется в течение трех месяцев истребовать сумму долга с непосредственно-

го должника. Ответчик своей обязанности не выполнил, что и послужило ос-

нованием иска. Думается, Верховный Суд правильно отметил, что при уступ-

ке требования статьей 347 ГК предусмотрена ответственность первоначаль-

ного кредитора перед новым кредитором, но не предусмотрена ответствен-

ность нового кредитора перед первоначальным. Что же касается соглашения

между истцом и ответчиком об обязанности последнего реализовать передан-

ное ему право на получение задолженности (путем предъявления требования

о взыскании долга Семипалатинской РЭС), то, по нашему мнению, это согла-

шение незаконно, так как противоречит п. 1 ст. 8 ГК о самостоятельном распо-

ряжении субъектом правом на защиту.

1. 3 Передача прав по основному и акцессорному обязательству

В соответствии со ст. 341 ГК к новому кредитору переходят права,

обеспечивающие исполнение обязательства. Таким образом, если в до-

говоре нет оговорки о передаче прав только в части основного обяза-

тельства, то новый кредитор приобретает соответствующие права по ак-

цессорным обязательствам: на получение неустойки, задатка и т. д.

Верховный Суд РК верно истолковал ст. 341 ГК в решении по иску ТОО

«АзияСервис» к АО «Харрикейн Кумколь Мунай», в котором спор шел о

взыскании основного долга по договорам поставки и пени за несвоевременную

оплату продукции. Из материалов дела было видно, что истец получил в по-

рядке цессии право лишь на взыскание основной задолженности, но не неус-

тойки, поэтому в иске о взыскании неустойки было отказано. Заметим, что

при определении объема переданных прав следует исходить из презумпции

... продолжение

Вы можете абсолютно на бесплатной основе полностью просмотреть эту работу через наше приложение.

Понятие и виды сроков в гражданском праве: классификация и правовые последствия

Дееспособность граждан в гражданском праве: понятие, виды и ограничения

Недействительность сделок в гражданском праве: специальные основания и правовые последствия

Недействительность сделок в гражданском праве: понятие, виды и правовые последствия

Недействительность сделок в гражданском праве: понятие, основания и правовые последствия

Необоснованное обогащение и конкурсные обязательства в гражданском праве Республики Казахстан: правовые последствия и порядок возврата имущества

Юридическое лицо в гражданском праве Казахстана: понятие, основные теории и порядок создания

Эмансипация несовершеннолетних в гражданском праве Республики Казахстан: основания, процедура и правовые последствия

Сроки в гражданском праве: понятие, классификация и порядок исчисления

Дисциплины

Информация

Дополнительно

Email: info@stud.kz