Интересы России и политический аспект казахстанско-российского стратегического партнерства.



ВВЕДЕНИЕ 3
РАЗДЕЛ 1 Внешняя политика России на современном этапе 13
1.1 Внешнеполитический курс В.Путина 13
1.2 Российско.американские интересы в ЦА 16
1.3 Влияние России и Китая в ЦА 18
1.4 Запад и политика России в ЦА 20
1.5 Россия и Центральная Азия 23
1.6 Политика России в энергетической сфере 28

РАЗДЕЛ 2 Интересы России и политический аспект казахстанско. 33
российского стратегического партнерства
2.1 Двусторонние политические отношения 34
2.2 Сотрудничество РК и РФ в рамках ОДКБ 40
2.3 Проблемы сотрудничества Казахстана и России в рамках ШОС 42
2.4 Сотрудничество РК и РФ и проблемы энергетической 45
безопасности


ЗАКЛЮЧЕНИЕ 48
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 51
Окончание «холодной войны» и распад Советского Союза вызвали глубокие изменения в глобальной системе международных отношений. Появление в центре евразийского континента пяти новых независимых государств: Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана – положило начало формированию центрально-азиатской подсистемы международных отношений. Новый регион стал полем пересечения интересов и объектом внешнеполитического воздействия как соседних государств – России, Китая, Ирана, Турции, Пакистана, так и США и ЕС.
Актуальность данной темы обусловлена многими факторами, в ряду которых необходимо включить экономическое сотрудничество, вопросы обеспечения региональной безопасности центрально-азиатского региона и южных границ Российской Федерации, проблему формирования единого образовательного пространства на территории бывшего Советского Союза и др.. Все эти проблемы обретают новое наполнение в условиях развернувшейся в регионе борьбы за обладание ресурсами и контроль над стратегически важными территориями, находящимися на пересечении крупнейших мировых центров силы.
В самой Центральной Азии процесс укрепления независимости осложнился не столько относительной слабостью показателей развития рыночных отношений и не слишком благоприятными социально-экономическими условиями, сколько необходимостью реальной защиты конституционного строя, на которую каждая из пяти республик вынужденно отвлекает большие и социально значимые ресурсы. Так, резкое обострение внутриполитической обстановки и гражданская война в Таджикистане (1992-1997 гг.), совпавшая с «талибизацией» Афганистана , положили начало череде центрально-азиатских потрясений, наложив тень на процессы национального строительства, начавшегося в 1991 г. Для Узбекистана границы с Таджикистаном и Афганистаном стали линией защиты национальной независимости, поэтому политической значение такого атрибута суверенитета, как граница, эта республика осознала едва ли не первой на постсоветском пространстве. Возможно и положенная в основу внешнеполитического курса Ашхабада идея «позитивного нейтралитета» зародилась у туркменского руководства не без влияния таджикского противостояния. Напрашивается вывод, что мир в Центральной Азии – ее самое уязвимое место.
Объектом исследования данной работы является ввнешнеполитический курс Российской федерации в регионе, так как стабильность в Центральной Азии, в конечном счете, отвечает интересам национальной безопасности России. Разумеется, этот общий вывод нуждается в уточнении, Россия заинтересована, прежде всего, в такой стабильной ситуации за ее границами, которая обеспечивала бы сохранение
1.1 Источники
Абалкин Л. Россия: поиск самоопределения. Очерки. – М: Наука, 2005. – 464 с.
Абдыгалиев Б. Россия и казахстанские русские. – Алматы: КИСИ, 1997. – 118 c.
Абдыкайева А. Шанхайская Организация Сотрудничества как фактор стабильности в Центральной Азии // Казахстан в системе международных отношений. – Алматы, 2001. -С. 124-127.
Абишев А. Правовой статус Каспийского моря // Казахстан и современный мир (Алматы, ЦВПА). 2001. № 1. С. 127-150.
Абишев А. Каспий: нефть и политика. – Алматы: Центр внешней политики и анализа. 2002. - 360 с.
Айдаркул К., Омаров М. Сотрудничество России и США с Кыргызстаном в новых геополитических условиях // Центральная Азия и Кавказ (Лулеа, Швеция). 2003. № 1. С. 136-144.
Айтмухамбетова Г. Каспийский регион: оценка вызовов и рисков // Analytic (Алматы, КИСИ). 2006. № 6. С. 15-19.
Лаумулин М.Т. Столкновение интересов и стратегия России и США на современном этапе: ситуация в мире и в Центральной Азии // Analytic (Алматы). 2003. № 4. С. 3-8.
Лаумулин М.Т. Казахстан и Россия: вступая в XXI век // Восток - Oriens (Москва). 2004. № 4. С. 68-75.
1.1.10Лаумулин М.Т. Казахстан и Россия в геополитической повестке XXI века // Казахстанско-российское взаимодействие в XXI веке и вызовы глобализации. Материалы международной научно-практической конференции. – Астана: КРУ, 2004. - С. 158-171

1.2 Исследования российских и казахстанских ученых
Акимбеков С. Прерванный полет // Континент №5(92), 2003 г.
Абишев А. Элита Казахстана за 10 лет


1.3 Исследования, монографии
Алесин В. Подходы Казахстана к развитию ОДКБ в условиях формирования новой архитектуры международной безопасности // Казахстан - Спектр (Алматы, КИСИ). 2005. № 1. С. 3-6.
Акимбеков С. Российская политика в Центральной Азии (состояние и перспективы) // Proet Contra (Москва). 2000. № 3. С. 75-88.
Акимбеков С. Политические процессы в Казахстане и российско-казахстанские отношения // Восток - Оriens (Москва). 2004. № 4. С. 91-97.
Акимов А.В. Россия и Центральная Азия: перспективы экономической интеграции // Восток. 1994. № 4. С.120–130.
Акимов А.В. Центральная Азия и СНГ: разъединение или интеграция? // Форум: Центральная Азия в евразийской перспективе. Восток. 1996. № 5. С. 19–28.
Акмалов Ш. Шанхайская организация сотрудничества и проблемы региональной безопасности // Центральная Азия и Кавказ (Лулеа, Швеция). 2005. № 2. С. 146-154.
Актуальные проблемы мировой политики. Сборник научных трудов. – Алматы: ИМЭП, 2005.
Байзакова К. Сотрудничество Казахстана и России в рамках договора о коллективной безопасности // Центральная Азия и Кавказ (Лулеа, Швеция). 2004. № 2. С. 97-102.
Бурнашев Р., Черных И. Безопасность в Центральной Азии: методологические рамки анализа (военный сектор безопасности). – Алматы: КНУ, 2006. – 416 с.
Гуан П. Шанхайская организация сотрудничества в контексте международной антитеррористической кампании // Центральная Азия и Кавказ (Лулеа, Швеция). 2003. № 3. С. 55-61.
Гуанчэн С. Шанхайская организация сотрудничества в борьбе с терроризмом, экстремизмом и сепаратизмом // Центральная Азия и Кавказ (Лулеа, Швеция). 2002. № 4. С. 13-20.
Лаумулин М.Т. Казахстан в современных международных отношениях: безопасность, геополитика, политология. – Алматы: КИСИ, 2000.- 478 с.
Лаумулин М. Центральная Азия после 11 сентября // Центральная Азия и Кавказ (Лулеа, Швеция). 2002. № 4. С. 33-44.
Лаумулин М.Т. Центральная Азия в зарубежной политологии и мировой геополитике. Том I: Центральная Азия и Казахстан в современной политологии. – Алма-Ата: КИСИ, 2005. – 704 с.
Лаумулин М.Т., Галиев А.А., Панфилов А.В.Антология истории Казахстана. Независимый Казахстан. Зарубежная историография. Т.Х. Ч.I. Под ред. А.В. Панфилова. – Алматы: АЮ ВПШ Адилет, 2006. – 140 с.
Лаумулин М.Т. Газпром как ТНК и страны Центральной Азии. Ч. 1-2 // Центральная Азия и Кавказ (Лулеа, Швеция). 2006. № 5. С. 41-54; № 6. С. 22-36 (на рус. и англ. яз.).
Назарбаев Н.А. Президент Республики Казахстан. Стратегия становления и развития Казахстана как суверенного государства. – Алма–Ата: Дауiр, 1992.
Назарбаев Н.А. На пороге XXI века. – Алматы: Онер, 1996. – 228 с.
Назарбаев Н.А. Евразийский Союз: идеи, практика, перспективы. 1994-1997. – Москва: ФСРСПН, 1997. – 480 с.
Назарбаев Н.А. Казахстанско-российские отношения. Доклады, выступления, статьи. 1991-1997 гг. – Москва: 1997.
Султанов Б. Внешняя политика Республики Казахстан: основные этапы развития (1991-2001 гг.) // Казахстан и современный мир (Алматы, ЦВПА). 2001. № 1. С.7-27.
Султанов Б. Этапы развития внешней политики Республики Казахстан // Центральная Азия и Кавказ (Лулеа, Швеция). 2001. № 6. С. 159-170.

Brzezinski Z. The Choice. Global Domination or Global Leadership. – New York: Basic Books, 2004. – XI+242 pp.
Brzezinski Z. A Geostrategy for Eurasia // Foreign Affairs. -1997. -Vol.LXXVI. No 5, pp. 50-64.
Brzezinski Z. The Grand Chessboard. American Primacy and Its Geostrategic Imperatives. – New York: Collins, 1997.
Carpenter T.G. Managing the US-China-Russia Triangle //Heartland. 2002. No2, pp.141-148.
Huntigton S.P. The Clash of Civilizations and the Remaking of World Order. - New York: Simon & Schuste,1996. – 590 р.
Wacker G. Die „Schanghaier Organisation für Zusammenarbeit. Eurasiche Gemeischaft oder Papiertiger? – Berlin: SWP, 2001. - 41 S.

1.4.Выступления политических деятелей
Послание Президента РК народу 2006г.//www.akorda.kz
Выступление Вэнь Цзябао на пресс-конференции 14 марта 2006 года в рамках 4-й сессии ВСНП КНР 10-го созыва. //www.fmprc.gov.cn/rus/zxxx/t241202.htm

Дисциплина: Международные отношения
Тип работы:  Дипломная работа
Бесплатно:  Антиплагиат
Объем: 61 страниц
В избранное:   
Содержание
ВВЕДЕНИЕ
3
РАЗДЕЛ 1 Внешняя политика России на современном этапе 13
1.1 Внешнеполитический курс В.Путина
13
1.2 Российско-американские интересы в ЦА
16
1.3 Влияние России и Китая в ЦА
18
1.4 Запад и политика России в ЦА
20
1.5 Россия и Центральная Азия
23
1.6 Политика России в энергетической сфере
28

РАЗДЕЛ 2 Интересы России и политический аспект казахстанско- 33
российского стратегического партнерства
2.1 Двусторонние политические отношения
34
2.2 Сотрудничество РК и РФ в рамках ОДКБ
40
2.3 Проблемы сотрудничества Казахстана и России в рамках ШОС 42
2.4 Сотрудничество РК и РФ и проблемы энергетической
45
безопасности

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
48
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 51

Введение

Окончание холодной войны и распад Советского Союза вызвали глубокие
изменения в глобальной системе международных отношений. Появление в центре
евразийского континента пяти новых независимых государств: Казахстана,
Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана – положило начало
формированию центрально-азиатской подсистемы международных отношений. Новый
регион стал полем пересечения интересов и объектом внешнеполитического
воздействия как соседних государств – России, Китая, Ирана, Турции,
Пакистана, так и США и ЕС.
Актуальность данной темы обусловлена многими факторами, в ряду которых
необходимо включить экономическое сотрудничество, вопросы обеспечения
региональной безопасности центрально-азиатского региона и южных границ
Российской Федерации, проблему формирования единого образовательного
пространства на территории бывшего Советского Союза и др.. Все эти проблемы
обретают новое наполнение в условиях развернувшейся в регионе борьбы за
обладание ресурсами и контроль над стратегически важными территориями,
находящимися на пересечении крупнейших мировых центров силы.
В самой Центральной Азии процесс укрепления независимости осложнился не
столько относительной слабостью показателей развития рыночных отношений и
не слишком благоприятными социально-экономическими условиями, сколько
необходимостью реальной защиты конституционного строя, на которую каждая из
пяти республик вынужденно отвлекает большие и социально значимые ресурсы.
Так, резкое обострение внутриполитической обстановки и гражданская война в
Таджикистане (1992-1997 гг.), совпавшая с талибизацией Афганистана ,
положили начало череде центрально-азиатских потрясений, наложив тень на
процессы национального строительства, начавшегося в 1991 г. Для Узбекистана
границы с Таджикистаном и Афганистаном стали линией защиты национальной
независимости, поэтому политической значение такого атрибута суверенитета,
как граница, эта республика осознала едва ли не первой на постсоветском
пространстве. Возможно и положенная в основу внешнеполитического курса
Ашхабада идея позитивного нейтралитета зародилась у туркменского
руководства не без влияния таджикского противостояния. Напрашивается вывод,
что мир в Центральной Азии – ее самое уязвимое место.
Объектом исследования данной работы является ввнешнеполитический
курс Российской федерации в регионе, так как стабильность в Центральной
Азии, в конечном счете, отвечает интересам национальной безопасности
России. Разумеется, этот общий вывод нуждается в уточнении, Россия
заинтересована, прежде всего, в такой стабильной ситуации за ее границами,
которая обеспечивала бы сохранение прочных партнерских, а еще лучше
дружеских отношений со странами Центральной Азии в рамках Содружества
Независимых Государств (СНГ).
Предмет исследования находит свое отражение в анализе приоритетов
в политике России в Центральной Азии ввиду комплиментарности потребностям
как самих центрально-азиатских стран, так и необходимости поддержания
экономической, политической и военной стабильности в регионе.
Цель исследования - проанализировать формирование внешней
политики Российской федерации по отношению к странам Центральной Азии.
Задачи В соответствии с поставленной целью автор диплома стремился к
решению следующих исследовательских задач:

1) определить основные приоритеты внешней политики России в Ца
2) рассмотреть различные факторы влияющие на стратегию
3) проанализировать взаимоотношения между мировыми державами по вопросам
безопасности в ЦА
4) выявить проблемы взаимоотношений государств ЦА с Россией

Источниковый анализ. При написании работы автор использовал обширную
базу источников, которые могут классифицироваться следующим образом. Ряд
работ и исследований посвящена казахстанско-российским отношениям, политике
России в Центральной Азии, ее роли в Каспийском регионе, влиянии РФ на
безопасность в Центральной Азии, в том числе в контексте таких вопросов как
роль России в СНГ, ДКБ, ШОС, ЕвраАзЭС и т.д. Это работы С.Акимбекова,
Б.Абдыгалиева, М.Ашимбаева, Б.Султанова, Г.Курганбаевой, А.Кожихова [1].
Кроме того, российская тематика в той или иной форме затрагивается в тех
работах, где речь идет о современной геополитике в Центральной Азии,
стратегии других великих держав и их отношениях с Россией. В целом,
российский сюжет является доминирующим по многим направлениям. В то же
время следует отметить отсутствие в казахстанской историографии
полноценного концептуального труда о российской стратегии в отношении
Центральной Азии. Их заменяют, как правило сборники статей и документов,
посвященные двусторонним отношениям [2]. По-видимому, следует признать, что
единственной причиной может считаться отсутствие в самой внешней политике
РФ центральноазиатской стратегии как таковой на уровне доктрины.
В другую группу входят западные источники.Оценки западных экспертов
политики России в Центральной Азии и в отношении Казахстана сводятся к
тому, насколько сильным является политическое влияние России в регионе;
представляет ли угрозу ее политика безопасности и независимости новых
независимых государств; реальна ли реставрация в регионе в той или иной
форме российского доминирования. При этом отмечается важность фактора
русского и русскоязычного населения в отношениях между Россией и странами
Центральной Азии. В то же время отмечается недостаточно активный характер
политики Запада на том направлении, которое могло бы препятствовать
усилению российского влияния. Отдельной группой являются работы,
посвященные безопасности Казахстана и России в центральноазиатском
контексте. В этом ряду следует назвать труды Е. и Д. Баядиловых,
Е.Сейлханова, бывшего директора КИСИ М.Ашимбаева. Пристальное внимание
проблемам безопасности РК всегда уделялось в исследованиях Лаумулина М.Т..
Среди работ в этом направлении следует также выделить монографию Б.Жусипова
Республика Казахстан: проблемы политики безопасности (2001), а также
труды сотрудника КИСИ Е.Тукумова. Данная проблематика фрагментарно
затрагивается в коллективных изданиях, посвященных безопасности и
геополитике. В целом следует отметить, что все эти работы вместе охватывают
практически всю проблематику, имеющую отношению к безопасности Казахстана и
ее влияния на нее геополитики великих держав, включая Россию.[3]
Важным аспектом безопасности РК является участие нашей страны в
различных международных организациях и многосторонних соглашениях и
договорах по проблемам безопасности с участием РФ. В контексте поставленной
нами проблемы эта тематика представляется также крайне важной. Вопросам
участия РК в ШОС посвящены работы Е.Берсимбаева, А.Абдыкайевой, Д.Калиевой,
В.Логвинова. Большое значение для безопасности РК имеет участие в ДКБ.
Наиболее концептуальная работа по этой проблеме принадлежит М.Ашимбаеву
[4].
Невозможно рассматривать казахстанско-российские отношения без
проблемы Каспийского моря. На этот счет существует обширная историография,
из которой прежде всего следует упомянуть исследования Т.Оганесяна,
А.Орлова, Ю.Федорова, А.Рара [5]. Среди крупных публикаций на эту тему
невозможно не назвать высокопрофессиональную монографию А.Абишева Каспий:
нефть и политика. (2002), а также коллективный труд сотрудников КИСИ
Нефтегазовые ресурсы Казахстана в системе мировых и региональных
отношений (2002) [6]. В целом каспийская проблематика чрезвычайно обширна;
поэтому она расшифровывается нами по мере необходимости контексте данной
диссертации.
Российская историография, посвященная политике России в Центральной
Азии и в отношении Казахстана, достаточно обширна. По мере изменения
геополитической ситуации в регионе и вокруг него соответственно менялись
основные фокусы в исследованиях российских политологов. Но в качестве
основной доминировала тема отношений государств региона с Россией. Этой
проблематике посвящены работы В.Акимова и В.Надеин-Раевского[7].
В.Белокриницкий, Г.Милославкий, М.Морозова пишут в основном о проблеме
центральноазиатской интеграции[8]. В.Наумкин и В.Звягельская известны
преимущественно как исследователи в области проблем безопасности
Центральной Азии. А.Малашенко свои работы посвящает проблеме ислама в
Центральной Азии, рассматривая его как важный фактор с точки зрения угрозы
безопасности и источника нестабильности в регионе[9]. Схожими вопросами
занимается Д.Трофимов, в работах которого связываются между собой
этнический и конфессиональный факторы [10]. Главным экспертом по
Центральной Азии с точки зрения ее геополитического значения и влияния на
безопасность России уже давно является директор РИСИ Е.Кожокин[11].
С оценкой российской политики в отношении Казахстана в 2003 г.
выступил известный московский эксперт В.Наумкин. Российский автор вполне
резонно отмечает важность Казахстана для российской внешней политики в
целом, а также в контексте региональных отношений. Но казахстанско-
российские отношения ценны для обоих государств и сами по себе. Помимо
тесных экономических и культурных связей, Россия и Казахстан выступают как
близкие партнеры в сфере безопасности, прежде всего в рамках ОДКБ и ШОС.
Наумкин считает, что события 11 сентября и американское проникновение в
регионе существенно не изменили и не повлияли на характер двусторонних
отношений. Наоборот, после того как Узбекистан, по выражению автора,
отодвинул Казахстан в тень борьбы за лидерство в Центральной Азии,
важность и ценность Казахстана для России еще более возросла. Ключевой
областью сотрудничества и стратегического партнерства между Россией и
Казахстаном остается Каспийское море и нефтяная проблематика.
В целом, оценивая русскоязычную историографию СНГ, в том числе и по
многим параметрам казахстанскую, следует отметить ее фрагментарность, порой
излишнюю специализацию на отдельных проблемах, или же наоборот – чрезмерное
увлечение глобальной проблематикой, игнорирование конкретных проблем
политического, экономического и геополитического развития в контексте
двусторонних отношений.
В западной историографии проблема казахстанско-российских отношений
занимает большое место[12]. События, связанные с распадом Советского Союза
и получением неожиданной независимости республиками региона, получили
отражение в статье М.Олкотт Катапультирование в независимость [13]. Из
всех республик Средней Азии, как считает Олкотт, труднее всего отделить
свои интересы от экономических интересов России оказалось Казахстану.
Г.Фуллер в книге Центральная Азия: новая геополитика сделал попытку
отразить концептуальное видение проблемы внешней политики Казахстана.
Первый и доминирующий фактор – Россия. Г.Фуллер убежден, что Россия, и в
меньшей степени Китай, представляют очевидную угрозу независимому
Казахстану. Причем угроза со стороны России носит двоякий характер:
территориальный и экономический.[14]
Р.Даннройтер автор работа Возникновение новых государств в
Центральной Азии изучал отношения России с государствами региона в
постсоветскую эпоху. Данный автор считает, что на первом этапе (1991–1992
гг.) в политике России господствовал ярко выраженный европоцентризм,
наиболее рельефным отражением которого стала Беловежская встреча
руководителей трех славянских государств. Но уже в середине 1992 года эти
настроения сменились другими, связанными с возвращением России в регион и
защитой стабильности от внешней угрозы, борьбой с исламским
фундаментализмом и принуждением центральноазиатских государств вести
пророссийскую внешнюю и внутреннюю политику[15]. Но в целом, приходит к
выводу Даннройтер, уход России из Центральной Азии – это объективный
процесс, который трудно будет остановить.
Ч.Анделанд и Н.Платт подходят к раскрытию интересов России в
Центральной Азии, исходя из формулы, что у Жириновского на языке, то у
российских политиков и идеологов на уме.[16] В работе Ф.Джиллета
Этнический баланс и дисбаланс в регионах Казахстана, отмечается, что в
областях, расположенных вдоль границ с Россией, серьезным фактором станет
внешний; здесь возможны следующие процессы: эмиграция славян, интервенция
России, сепаратистское движение славян. [17].
Проблемы этнической миграции из Центральноазиатского региона
затрагивает в своей работе У.Хальбах (Федеральный институт
восточноевропейских и международных исследований, Кельн). В исследовании
Центральная Азия как регион эмиграции Хальбах отмечает, что миграционные
проблемы внутри СНГ привлекли широкое международное внимание только в 1996
г. Немецкий политолог справедливо отмечает, что процесс оттока
русскоязычного населения из Центральной Азии начался еще в 70-е годы. После
событий в Таджикистане он приобрел обвальный характер. Хальбах справедливо
указывает, что российская пресса основным мотивом эмиграции славянского
населения называет этнополитическое давление, что представляет собой только
часть правды. Основная причина исхода славянского населения заключается в
том, что оно не смогло или не пожелало интегрироваться в общество и
культуру, представленные титульными нациями. Ключевое место в миграционном
процессе занял Казахстан.[18]
Степень исследованности проблемы Говоря об изученности и
разработанности выбранной темы, следует отметить, что в казахстанской
литературе за последние десять лет тема казахстанско-российских отношений и
проблемы обеспечения безопасности РК получили определенное и достаточно
серьезное освещение. Во-первых, в той или иной степени они освещаются в
работах государственных и политических деятелей Казахстана: Президента РК
Н.Назарбаева, К.Токаева и других. Проблемы геополитики в Центральной Азии,
ее влияния на безопасность РК нашли фундаментальное освещение в таких
работах лидера Казахстана как Стратегия становления и развития Казахстана
как суверенного государства (1992), Пять лет независимости (1996), На
пороге XXI века (1996), Казахстан – 2030 (1997), Евразийский Союз
(1997), Эпицентр мира (2001), Критическое десятилетие (2003) и в ряде
других[19]. Отдельной группой являются работы, посвященные безопасности
Казахстана и России в центральноазиатском контексте. В этом ряду следует
назвать труды Е. и Д. Баядиловых, Е.Сейлханова, бывшего директора КИСИ
М.Ашимбаева. Пристальное внимание проблемам безопасности РК всегда
уделялось в исследованиях Лаумулина М.Т.. Среди работ в этом направлении
следует также выделить монографию Б.Жусипова Республика Казахстан:
проблемы политики безопасности (2001), а также труды сотрудника КИСИ
Е.Тукумова. Данная проблематика фрагментарно затрагивается в коллективных
изданиях, посвященных безопасности и геополитике. В целом следует отметить,
что все эти работы вместе охватывают практически всю проблематику, имеющую
отношению к безопасности Казахстана и ее влияния на нее геополитики великих
держав, включая Россию.
Важным аспектом безопасности РК является участие нашей страны в
различных международных организациях и многосторонних соглашениях и
договорах по проблемам безопасности с участием РФ. В контексте поставленной
нами проблемы эта тематика представляется также крайне важной. Вопросам
участия РК в ШОС посвящены работы Е.Берсимбаева, А.Абдыкайевой, Д.Калиевой,
В.Логвинова. Большое значение для безопасности РК имеет участие в ДКБ.
Наиболее концептуальная работа по этой проблеме принадлежит М.Ашимбаеву
[20].
Невозможно рассматривать казахстанско-российские отношения без
проблемы Каспийского моря. На этот счет существует обширная историография,
из которой прежде всего следует упомянуть исследования Т.Оганесяна,
А.Орлова, Ю.Федорова, А.Рара [21]. Среди крупных публикаций на эту тему
невозможно не назвать высокопрофессиональную монографию А.Абишева Каспий:
нефть и политика. (2002), а также коллективный труд сотрудников КИСИ
Нефтегазовые ресурсы Казахстана в системе мировых и региональных
отношений (2002) [22]. В целом каспийская проблематика чрезвычайно
обширна; поэтому она расшифровывается нами по мере необходимости
контексте данной работы. Дж. Снайдер (Национальный университет обороны,
США), изучая роль России в военных конфликтах в СНГ, пришел к выводу, что
доктрина защиты национальных интересов России и русского населения в
ближнем зарубежье носит пропагандистский характер. [23] Комплекс отношений
стран Центральной Азии с Россией после распада СССР и в первые годы
независимости рассматриваются в книгах У.Одома и Р.Дуджаррика Содружество
или империя?, М.Месбахи Россия, региональные державы и международные
связи Центральной Азии, П.Колсто Русские в бывших советских республиках,
Н.Мелвина Русские за пределами России. В этих работах, как правило,
основное внимание уделяется вопросу о том, сможет ли Россия восстановить
свое влияние в регионе, насколько далеко способна продвинуться в
установлении протектората над Центральной Азией, влиять на развитие событий
в регионе в экономике и политике. [24] Центральная Азия рассматривается
также в контексте российско-китайских отношений в работах Чжан Юнсина и
Р.Азизяна Китайские и российские перспективы в Центральной Азии, М.Берлза
Китайская политика в отношении России и центральноазиатских республик,
Сближение или соперничество? Российско-китайские отношения в меняющейся
Азии под ред. Ш.Гарнетта и Э.Мерри Россия и Китай в Азии: смены ролей
великих держав. [25]Методологическая и теоретическая основы. При написании
работы автор использовал метод анализа и синтеза, компаративный и
исторический методы. Данные методы дали возможность раскрыть проблематику
и процесс формирования внешнеполитического курса России в Центральной Азии

Структура работы. Данная работа состоит из введения, основной части,
заключения и библиографии. Основная часть состоит из двух разделов.
Во введении обоснована актуальность исследованной темы, дана
характеристика основной проблемы исследования, определена цель и
поставленные задачи, установлены объекты и предмет исследования, теоретико-
методологическая основа работы. Завершает введение описание структуры
работы.

В первом разделе дается общий анализ внешней политики России, а
также рассматриваются спорные вопросы между крупными акторами
международных отношений, в сфере установления геополитического влияния в
регионе.
Во второй главе рассмотрены двусторонние отношения между Россией и
Казахстаном в различных сферах.
Заключение представляет собой аналитический вывод из проделанной
научной работы относительно геополитических принципов Российской
Федерации. На основе сделанных выводов можно предположить дальнейший ход
развития стратегии России по отношению к государствам региона
В завершении работы представлен список использованных источников,
литературы и приложения.

РАЗДЕЛ 1 Внешняя политика России на современном этапе

1.1 Внешнеполитический курс В.Путина

Сегодня уже можно говорить о внешнеполитической стратегии президента
В.Путина как о сложившейся политике. Она носит прагматичный характер (но не
во всем и не всегда), учитывает геополитические и экономические ресурсы и
реальные возможности России. [26]
Став президентом России в 2000 г., В.Путин неизменно демонстрировал
приверженность прагматизму во внешней политике. И на словах, и в делах он
отказался от великодержавной риторики, очевидно, осознавая ограниченность
возможностей России и необходимость сосредоточения ресурсов на решении
внутренних задач модернизации страны. Рассуждения о многополярном мире
сменились тезисом о многовекторности российской внешней политики, в котором
одновременно уживаются и курс на интеграцию с Европой, и налаживание
антитеррористического сотрудничества с США, и стратегическое партнерство
с Китаем и Индией, и программа формирования единого экономического
пространства со странами СНГ, особенно с Беларусью, Казахстаном и Украиной.
Тем самым В.Путин в своей политике неизменно демонстрировал открытость
к сотрудничеству и взаимодействию с западными странами. В самом начале
своего первого президентского срока Путин смог существенно скорректировать
курс. Новый президент России не только отодвинул надвигавшуюся угрозу
ухудшения отношений России с Западом и, прежде всего, с США, но и вновь
существенно расширил кредит доверия к России, тем самым сделав более
благоприятными внешние условия реформирования и модернизации страны.
В то же время в линии президента России буквально с самого начала
проявились нотки новой, деловой жесткости, неготовности идти на ненужные
России компромиссы, на сдачу позиций в тех случаях, когда речь шла об
отстаивании важных национальных интересов страны. Таким образом, к началу
второго срока президентского правления внешнеполитический ресурс Путина
стал сокращаться.
Анализ внешнеполитической деятельности правительства Путина в 2000-
2004 гг. позволяет сделать вывод, что она была направлена на решение трех
основных задач.
Во-первых, в ней ясно прослеживалось стремление избежать сколько-
нибудь серьезной конфронтации со странами Запада и, прежде всего - с США.
Эта линия отражала понимание губительности такой конфронтации для России,
понимание того простого обстоятельства, что в условиях противостояния с
Западом любой проект модернизации России обречен на неудачу.
Во-вторых, правительство Путина стремилось в максимальной степени
избавить Россию, российскую экономическую и внутреннюю политику от внешнего
влияния со стороны Запада, предпочитая все основные решения принимать
самостоятельно.
Наконец, в третьих, сверхзадача правительства Путина заключалась в
том, чтобы добиться признания со стороны Запада формировавшегося в России
нового политического режима, убедить западные страны не просто принять этот
режим, но и оказать ему максимальную поддержку в достижении поставленных
целей, в том числе путем поощрения притока прямых иностранных инвестиций в
экономику России.
Благодаря позитивной экономической динамике, росту бюджета и резервов
ЦБ, а также погашению долгов Москва смогла не только избавиться от опеки
МВФ и Всемирного Банка, но и свести к минимуму неблагоприятные для нее
последствия критики западных стран в отношении противоречивых
внутриполитических процессов в России: методов ведения второй чеченской
войны, ослабления и постепенного вытеснения демократических институтов из
политической жизни страны. За первые четыре года правления Путина Москва
выработала прочный иммунитет против упреков в свой адрес и, по существу,
обеспечила себе широкую свободу рук во внутренней политике.
В то же время Путин не смог в период своего первого президентского
правления решить третью задачу – обеспечить безоговорочное принятие и
поддержку его нового политического режима со стороны западных стран.
Готовность правительства Путина идти навстречу позиции западных стран по
наиболее важным для последних международным вопросам вознаграждалась
выражением политического безразличия западных стран по отношению к
внутренним процессам в России, хотя формально все спорные вопросы (по
Чечне, о свободе СМИ, о проведении выборов) время от времени поднимаются в
отношениях РФ с Западом, в том числе на официальном уровне.
Однако Москва не опасается санкций со стороны Запада. Созданный
Путиным защитный иммунитет вокруг происходящего в России оставался
непроницаемым. Такое положение дел вряд ли изменится и в предстоящие годы.
В ходе реализации российской стратегии роль агентов в решении
геополитических планов призваны сыграть крупные нефте- и газодобывающие
компании, подконтрольные государству или очень тесно связанные с ним.
События 2005 г. вокруг строительства Северо-Европейского газопровода и
отношений с Украиной показали, что газовая политика и собственно Газпром
превратились в один из главных инструментов внешнеполитической стратегии
России.
Главная особенность внешней политики России состоит в том, что Москва
использует экономику (точнее – энергетическое сотрудничество) как мощный
инструмент по достижению внешнеполитических целей. Это касается как
отношений России с Западом, так и с азиатскими странами (КНР и Япония). Но
в еще большей степени энергетическая стратегия России показала себя в
отношениях со странами СНГ. Этот фактор – превращение энергетической
политики в инструмент геополитический – прямым образом затрагивает
национальные, экономические, энергетические интересы стран Центральной
Азии.
Энергетическая геостратегия РФ развивается по трем главным
направлениям: западно-европейское, центральноазиатское и дальневосточное.
Европейское направление является центральным, поскольку оно обеспечивает
основной приток финансовых поступлений и является фундаментом экономических
связей России с ЕС, придает Москве геополитический вес и международное
влияние.
Энергетическая геостратегия РФ развивается по трем главным
направлениям: западно-европейское, центральноазиатское и дальневосточное.
Европейское направление является центральным, поскольку оно обеспечивает
основной приток финансовых поступлений и является фундаментом экономических
связей России с ЕС, придает Москве геополитический вес и международное
влияние.
российское руководство вырабатывает новую энергоресурсную стратегию,
которая официально не озвучивается, но уже несколько лет реализуется на
практике. Суть ее заключается в том, что РФ переходит на позицию развитых
стран и начинает бороться за сырьевые рынки планеты, проводя политику
экономической экспансии в менее развитых странах.
Все вышесказанное позволяет говорить об эффективности внешней политики
Путина. Однако тот факт, что Москва успешно прошла такие испытания в
предыдущие четыре года, не означает, что она застрахована от возможных в
будущем проблем в отношениях с Западом. К ним относятся: ядерная программа
Ирана и сотрудничество России с ИРИ в данной области; разногласия с США и
Европейским Союзом в отношении Беларуси, урегулирование приднестровского
конфликта в Молдове, ситуация в Грузии и вероятное наращивание
сотрудничества Тбилиси и Баку с НАТО и США, предстоящая смена власти на
Украине и другие вопросы.
Характерной чертой современной российской внешней политики является
подчеркивание не только важности и необходимости широкого международного
сотрудничества, но и акцент на сохранение Россией свободы действий на
международной, арене. Это предполагает возможность участия или неучастия
России по собственному усмотрению в различных международных коалициях, но
исключает любую форму интеграции России в многосторонние институты евро-
атлантической безопасности и сотрудничества. Исключение в Москве делают
только в отношении наиболее престижных международных клубов великих держав,
таких как Большая восьмерка, а также в отношении основных многосторонних
экономических организаций -ВТО и ОЭСР, но не безоговорочно.
Можно говорить об эффективности внешней политики Путина. К возможным в
будущем проблемам относятся: ядерная программа Ирана и сотрудничество
России с ИРИ в данной области; разногласия с США и Европейским Союзом в
отношении Беларуси, урегулирование приднестровского конфликта в Молдове,
наращивание сотрудничества Тбилиси и Баку с НАТО и США, конфликт с Украиной
и другие вопросы.

1.2 Российско-американские интересы в ЦА

Фактически, Россия при Ельцине упустила момент, когда она могла бы
стать решающим фактором, определяющим развитие ситуации в
центральноазиатском регионе. Поэтому ее активность должна была, видимо,
охватывать не только страны бывшего постсоветского пространства, но и их
внешнее окружение. Наиболее опасным было бы распространение на этот регион
российско-американского противоборства. [27]
Россия болезненно реагировала на сближение государств региона с США в
военно-технической области. Так, в августе 2002 г. было объявлено о
намерении Вашингтона поставить Казахстану партию американских военных
вертолетов и джипов, что было расценено Москвой не столько как попытку
укрепить военные возможности Казахстана, сколько дать толчок военному
сотрудничеству с США в ущерб для России.
Россия опасалась также, что стратегия США может иметь двойственный
эффект. События 11 сентября 2001 г. стали своего рода катализатором
политики США в регионе и помогли Вашингтону подойти к нему вплотную.
Стратегия американской администрации, заключающаяся в попытке ослабить
влияние России в этом регионе и занять в нем лидирующие позиции силовыми
методами, могла оказаться, в конечном счете, близорукой и
неэффективной.[28]
В стратегическом, и тактическом плане для России было полезным
наладить сотрудничество двух стран в рамках решения проблем региона. Во
всяком случае, сегодня ни Соединенные Штаты не могут игнорировать фактор
России в регионе, ни Москва не может не учитывать американское присутствие
в нем.
Официальная Москва указывает, что с очередным расширением НАТО
начинает оперировать в зоне жизненно важных интересов России. Нынешнее
расширение НАТО порождает совершенно иную геополитическую обстановку,
причем исключительно неблагоприятную, нанесет удар по Договору об обычных
вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). В этой связи понятна озабоченность
Москвы относительно действия на страны Балтии нынешнего основополагающего
документа в сфере контроля над обычными вооружениями - адаптированного
Договора об обычных вооруженных силах в Европе. Балтийские республики к
документу не присоединились, равно как его не ратифицировали и сами страны-
члены НАТО, а это означает, что территория стран Балтии под качественные и
количественные ограничения на вооружения и военную технику формально не
подпадает.
Официальная позиция России к расширению НАТО определяется как
сдержанно-негативная. Главная озабоченность состоит в том, что территория
стран Балтии стала территорией Северо-Атлантического союза и, таким
образом, инфраструктура военного блока вышла на российские границы с
охватом жизненно важных для России и Белоруссии районов, обеспечила
оперативный простор ОВМС НАТО для действий на всей акватории Балтийского
моря
В целом спектр как российско-американских противоречий, так и
взаимных интересов, имел достаточно широкий географический и тематический
разброс. При определенных обстоятельствах Центральная Азия могла стать
точкой пересечения конфликтных линий во взаимоотношениях двух держав. Но
при любом раскладе Центральная Азия как регион столкновения российско-
американских противоречий имела конфликтные фланги – Афганистан, Иран,
Кавказ и Каспий, где также параллельно и одновременно происходило
столкновение интересов Вашингтона и Москвы.

1.3 Влияние России и Китая в ЦА

В настоящее время Китай приобрел для России критически важное
геополитическое значение. Масштаб сотрудничества между Москвой и Пекином
достиг беспрецедентного уровня в 2005 г. Россия и Китай провели ряд
совместных крупномасштабных военно-тактических и военно-стратегических
учений; приняли Совместную декларацию о международном порядке в XXI веке и
в рамках ШОС предприняли беспрецедентный совместный демарш против
присутствия США в Центральной Азии. [29]
Россия в своей китайской политике стремится: перевести торговые
отношения из бартерной плоскости в валютно-финансовую, привлечь китайские
инвестиции в освоение ресурсов Дальнего Востока и Сибири, минимизировать
риск демографической экспансии, получить гарантии для совместных
энергетических и трубопроводных проектов, сохранить Китай как важный рынок
для экспорта вооружений, на равных с Пекином участвовать в решение
политических проблем в Северо-восточной Азии, не допустить доминирования
КНР в ШОС и в Центральной Азии, использовать Пекин в качестве противовеса
Соединенным Штатам. [30]
Российско-китайская повестка на ближайшие годы была озвучена во время
официального визита в Российскую Федерацию Председателя КНР Ху Цзиньтао 30
июня - 3 июля 2005 г.) в Совместной декларации о международном порядке в
XXI веке. В этом документе Россия и Китай продемонстрировали совпадение
основополагающих взглядов на ключевые вопросы современного мироустройства,
общее видение перспектив развития человечества. Москва и Пекин подтвердили
свою приверженность формированию нового справедливого и рационального
миропорядка, основанного на примате международного права, многосторонних
подходах, равенстве и взаимном уважении, повышении роли ООН в мировой
политике.
Таким образом, Россия имеет с КНР совпадающие либо близкие позиции
практически по всем острым вопросам международной обстановки. Мощным
сближающим стороны фактором остается прагматическое стремление защитить
национальные экономические, политические и военные интересы против любой
внешней силы, будь то какое-либо государство, группа государств,
международные и транснациональные организации. Параллелизм стремлений
позволяет России и Китаю гибко координировать свои действия на
международной арене, не беря на себя жестких союзнических обязательств, не
втягиваясь в системный антагонизм и конфронтацию с другими глобальными
центрами силы. Совпадение интересов позволяет решать проблемы политическими
средствами, добиваясь отказа от диктата с позиции силы. С согласованным
мнением России и Китая не может не считаться ни один актор международных
отношений. [31]
В целом, Россия начинает понимать, что ей угрожает превращение в
младшего партнера Китая. Следовательно, Москва должна предпринять ряд шагов
в военной области (ограничение продажи новейших технологий), лимитирование
экономического сотрудничества с Китаем (прежде всего на региональном
уровне) и демографического проникновения; усиление своего влияния (в
противовес Китаю) в Центральной Азии и ШОС.
Основные противоречия двух стран связаны непосредственно с
Центральноазиатским регионом. Россия считает свое присутствие в нем
обоснованным историческими связями российских народов с народами бывших
республик СССР по праву их длительного даже по историческим меркам
совместного проживания. Наличие экономических, военных, гуманитарных и иных
связей лишь усиливает этот аргумент. Китай относится к этому с пониманием,
однако в Пекине полагают, что тот, кто вкладывает больше средств в освоение
и развитие региона, имеет соответствующие права на влияние в нем.[32]
Несмотря на все это, ответственные российские аналитики понимают, что
дружественные отношения с Китаем имеют исключительно важное значение, и
настаивают на необходимости постоянно и целенаправленно укреплять
партнерство с ним во всех сферах. В целом, большинство специалистов и
Китая, и России уверены, что обе страны могут и должны быть вместе. Одно из
противоречий в российско-китайских отношениях некоторыми аналитиками
усматривается в неприемлемой для России активности КНР по укреплению своего
влияния в Центральной Азии. По их мнению, китайское руководство склонно
рассматривать ШОС как инструмент укрепления китайской гегемонии в регионе.

1.4 Запад и политика России в Центральной Азии

С приходом Путина на пост президента в 2000 г. проводимый им
прагматический подход к внешней политике сказался и на политике России в
СНГ. Ее основное внимание сосредоточилось на отношениях с Украиной,
Беларусью, Казахстаном, а также на развитии ситуации на Южном Кавказе.
Ряд тенденций политики на постсоветском пространстве к началу второго
президентского срока В. Путина вполне может в ближайшие годы поставить
Россию перед сложным выбором, требующим принятия ответственных решений.
Во-первых, хотя острая полемика вокруг российской концепции ближнего
зарубежья 1990-х годов ушла в прошлое, Россия, страны ЕС и США так и не
приблизились к осознанию необходимости проведения на постсоветском
пространстве если не совместной, то по крайней мере скоординированной
политики. Чаще всего их действия развиваются разными, в лучшем случае
параллельными курсами, и лишь в чреватой обострением ситуации усиливается
элемент сотрудничества (уход Шеварднадзе, урегулирование конфликта между
Тбилиси и Батуми).
Россия и страны Запада, как правило, поддерживают разные политические
силы: в Беларуси, Украине, Казахстане, Азербайджане и Грузии. Учитывая то
обстоятельство, что последние и предстоящие годы отмечены началом процесса
смены политического руководства в подавляющем большинстве постсоветских
государств, то вполне можно исходить из того, что возникшее в последние
годы скрытое соперничество России и Запада, проигранное, с точки зрения
Москвы, в Грузии и в Азербайджане, за влияние на исход политической борьбы
в соответствующих странах может только усиливаться. Оно особенно будет
касаться Украины и Беларуси, а затем может распространиться и на Казахстан.
Во-вторых, уже в ближайшее время Россия может оказаться перед сложным
выбором: продолжать деятельность по формированию различных интеграционных
объединений на постсоветском пространстве – ЕЭП, ЕврАзЭс и союз с
Беларусью, или отдать предпочтение важному шагу в сторону дальнейшей
интеграции России в глобальную экономику - вступлению в ВТО.
Планы формирования ЕЭП лишь в том случае будут совместимыми с участием
России во Всемирной торговой организации, если Беларусь, Украина и
Казахстан вступят в ВТО одновременно с Россией. Поскольку к 2005 г., когда
планируется завершение подготовки пакета документов по формированию ЕЭП и
когда ожидается возможное вступление России в ВТО, это условие выполнено не
будет, то Москве придется тормозить либо один, либо другой процесс. Если,
что наиболее вероятно, Москва отдаст предпочтение ВТО, то ее решение
неизбежно вступит в противоречие с особым режимом ее экономических
отношений с Беларусью, если только к этому времени не будет принято
совместное решение о политической интеграции двух стран.
Несмотря на спорадически возникающие проблемы и противоречия с
Западом, Россия по центральным вопросам налаживает сотрудничество в сфере
безопасности с США, НАТО и ЕС. Это стало возможным благодаря понимают
общности угроз всем заинтересованным сторонам.
В современных условиях для Соединенных Штатов Россия выступает в
качестве скорее тактического, чем стратегического партнера, и в этом отдают
отчет в Москве. Цементирующей основой альянса между Россией и США очевидным
образом выступает борьба с терроризмом. Но при этом для европейских членов
НАТО, в отличие от Соединенных Штатов, Россия не выглядит даже тактическим
союзником.
Болевой точкой является планируемая третья волна расширения альянса за
счет Украины, Грузии и Азербайджана. В американских стратегических кругах
обсуждается даже вопрос о привлечении Армении к более тесному
сотрудничеству с НАТО. Для этого Соединенным Штатам придется взять на себя
политическое руководство в урегулировании Карабахского конфликта: только
они пользуются достаточным доверием как в Азербайджане, так и в Армении.
Некоторые представители альянса уже сейчас кулуарно обсуждают возможность
вступления Грузии в НАТО в 2007 году, несмотря на явную экономическую,
политическую и военно-оборонную неготовность Тбилиси к такому шагу.
Но в отношениях между Россией и НАТО помимо военно-тактических и
военно-стратегических параметров недоверия существует и политическая
составляющая. В современных условиях для Соединенных Штатов Россия
выступает в качестве скорее тактического, чем стратегического партнера.
Цементирующей основой альянса между Россией и США очевидным образом
выступает борьба с терроризмом. Но при этом для европейских членов НАТО, в
отличие от Соединенных Штатов, Россия не выглядит даже тактическим
союзником.
В целом, Россия уже выработала стратегию своих отношений с Западом: в
ближайшем будущем Россия не будет стремиться вступать в НАТО или
становиться младшим союзником США. Вместо этого Москва, вероятно, будет
выстраивать партнерство в области безопасности с США, НАТО и Евросоюзом,
одновременно укрепляя связи в этой области со странами СНГ и поддерживая
независимые от Запада отношения с азиатскими гигантами – Китаем и Индией, а
также в рамках ШОС.
В целом, Россия уже выработала стратегию своих отношений с Западом: в
ближайшем будущем Россия не будет стремиться вступать в НАТО или
становиться младшим союзником США. Вместо этого Москва, вероятно, будет
выстраивать партнерство в области безопасности с США, НАТО и Евросоюзом,
одновременно укрепляя связи в этой области со странами СНГ и поддерживая
независимые от Запада отношения с азиатскими гигантами – Китаем и Индией, а
также в рамках ШОС.
Как считают российские аналитики, это сложная схема, требующая ясного
стратегического видения и точного расчета, но в принципе реализуемая. Ими
предлагается подход к НАТО как к стратегическому тылу России и в то же
время внешнему источнику ее военной модернизации.
Однако, отношения России с Западом, в т.ч. через НАТО, неизбежно
выводят российскую внешнюю политику на новый круг проблем: расширяющееся
стратегическое сотрудничество с Китаем и присутствие НАТО в Центральной
Азии.
В.Путин добился бесспорных внешнеполитических успехов. Он достиг
нормализации и существенного расширения отношений России с Западом.
Одновременно с этим Путин во главу угла своей внешней политики поставил
сохранение Россией свободы рук в Центральной Азии и во внутренней политике.
Благодаря позитивной экономической динамике, началу погашения внешнего
долга Москва выработала прочный иммунитет против критики со стороны
западных стран, в том числе в отношении авторитарных тенденций внутри
страны.
Несмотря на очевидное стремление Москвы избегать серьезных
внешнеполитических разногласий с США и ведущими европейскими странами, в
ближайшем будущем весьма вероятно проявление противоречий между ними, в
частности в отношении политики на постсоветском пространстве. Эти
противоречия будут возникать прежде всего в связи с продолжающейся сменой
лидеров в странах Центральной Азии в условиях, когда Россия и Запад, как
правило, отдают предпочтение разным политическим силам и стараются
соответствующим образом повлиять на исход политической борьбы в
соответствующих государствах. В ближайшее время Москва может оказаться и
перед выбором между продолжением различных интеграционных проектов на
постсоветском пространстве и дальнейшей интеграцией в глобальную экономику,
и прежде всего – вступлением в ВТО.
Политика Москвы направлена на исключение серьезных противоречий с США
и ведущими странами Европейского Союза. Эта политика призвана обеспечить
минимальные благоприятные внешние условия для реализации задач внутреннего
развития страны.
По мнению российских стратегов (и по-видимому, самого В.Путина),
экономическое возрождение России невозможно без восстановления ее статуса
великой державы. Расшифровка этого тезиса означает, что без объединения
постсоветского пространства или его части (под российской эгидой, но на
определенных условиях) ни Россия, ни другие страны Центральной Азии не
смогут создать эффективно действующую на мировой арене совместную
экономическую систему. К этому их подталкивают географические и
геополитические факторы, существующие экономические и транспортно-
коммуникационные системы, исторические и культурные связи и т.д.
В целом Россия продолжает последовательно и целенаправленно двигаться в
избранном направлении, проводя свою энергетическую политику с опорой на
сырьевой сектор.
На саммите АТЭС в Бангкоке В. Путин позиционировал Россию как основного
гаранта энергетической безопасности Азиатско-Тихоокеанского региона. С
учетом ее доминирования в снабжении энергоресурсами европейских государств
и наметившихся контактов в этой сфере с США, подобная заявка на лидерство в
АТР означает стремление расширить окно возможностей, появившееся в
результате усиления беспокойства импортеров нефти по поводу стабильности
поставок из традиционных - Ближний Восток и Африка - источников. Последние
договоренности о газовых поставках в КНР являются новым ... продолжение

Вы можете абсолютно на бесплатной основе полностью просмотреть эту работу через наше приложение.
Похожие работы
Внешнеполитические вопросы стабильности и безопасности Казахстана
Стратегия и принципы формирования структуры безопасности Казахстана
Стратегия формирования структуры безопасности Казахстана
СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ КАЗАХСТАНСКО-РОССИЙСКИХ ОТНОШЕНИЙ
Концепция безопасности Казахстана
Казахстанско-Российские экономические отношения
Теоретические и методологические вопросы экономических связей Казахстана и России
Основные этапы развития Казахстанско-Российского экономического отношения
Торгово-экономические отношения Казахстана со странами СНГ
Формирование и развитие казахстанско-американских отношений
Дисциплины