Межэтнические отношения: история и современность


Введение ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ..3
Глава I. Межэтнические отношения на постсоветском пространстве
1.1. Межэтнические отношения в странах Прибалтики ... ... ... ... ... ... ... ... ... 7.17
1.2. Этнические процессы на территории Российской Федерации ... ... ... ... .17.26
Глава II. Межэтнические отношения народов Центральной Азии
2.1. Межэтнические отношения в КНР (на примере Синьцзянь.Уйгурского автономного района) ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ...27.38
2.2. Межэтнические отношения в Кыргызстане ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ..38.44
Глава III. Актуальные проблемы межэтнических отношений в современном мире
3.1. К вопросу о межэтнических отношениях (на примере Великобритании) ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 45.60
3.2. Некоторые аспекты межэтнических отношений (на примере народа Казахстана) ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ..60.69

Заключение ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 70.75
Список использованных источников и литературы ... ... ... ... ... ... ... ... .76.78
Актуальность проблемы определяется и специфическим состоянием массового сознания, оценки, представления и ожидания которого отражают фрустрированность мирового общества и сами по себе способны, по мнению исследователей, являться катализатором дальнейшего осложнения межэтнического взаимодействия. Демократическое общество позволяет решить национальный вопрос на основе равенства и дружбы всех народов, развития их национальной экономики и культуры и их сближения, интернационализации общества. Однако нужно признать, что во многих государствах мира демократические принципы решения национального вопроса пока далеки от реального воплощения.
Проблема межнациональных отношений в отечественной науке больше других обществоведческих направлений оказалась подверженной в предшествующий, "советский" период стагнации и испытала на себе влияние догматической официальной идеологии. Когда в условиях демократизации общества начался бурный процесс возрождения национальных ценностей, утверждения национального самосознания, общественная наука не смогла ответить на самые насущные вопросы национальных отношений.
Но даже в этих условиях некоторым специалистам удалось создать определенные "заделы" в развитии исследований этой проблемы, в том числе - в различных регионах мира. В последнее время в странах с более сложным национальным составом заметно обострились межэтнические противоречия. Они имеют разные исторические корни. Так, в странах, возникших в результате европейской колонизации, сохраняется угнетение коренного населения (индейцев, эскимосов, аборигенов Австралии, маорийцев).
Степень изученности проблемы. Значимость проблемы привела в последние годы к подлинному взрыву исследовательского интереса к вопросам межнационального общения, национального самосознания, новейших этноязыковых процессов, возрождения национальных ценностей в их сочетании с ориентирами гражданского общества на постсоветском пространстве. Этим и другим аспектам современного национального развития на постсоветском пространстве посвящены десятки появившихся за несколько последних лет монографических и диссертационных работ, в том числе - С.А. Атамурадова, А.О. Бороноева, O.A. Дмитриева, Т.Г. Исламшиной, Г.С. Котанджяна, Н.Р. Маликовой, О.Б. Мухаметбердиева, П.И. Пирена, P.P. Галлямова, А.Н. Мельникова и др.[1-10].
Сложность процесса формирования межнациональных отношений предполагает комплексный подход, использование всего потенциала обществоведческих наук - социологии, этнологии, социальной психологии, истории, антропологии и др.
1. Агеев B.C. Межгрупповое взаимодействие. Социально-психологические проблемы. М., 1990.
2. Арутюнов С.А. Народы и культуры: развитие и взаимодействие. М., 1989
3. Бромлей К.В.Этносоциальные процессы: теория, история, современность. М., 1987.
4. Кочетов В.В. Психология межкультурных различий. Саратов, 1998.
5. Орлова Э.А. Введение в социальную и культурную антропологию. М., 1994.
6. Сикевич З.В. Социология и психология национальных отношений. СПб., 1999.
7. Скоринов С.И. Основы этнологии. Хабаровск, 1998.
8. Салдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности. М., 1997.
9. Этнические процессы в современном мире. М.. 1987.
10. Этносы и этнические процессы / Отв. ред. В.А. Попов. М., 1993.
11. Семенов Алексей, Барабанер Ханон. Эстонская республика и неграждане. 2004.
12. Гапоненко Александр. Русская община в Латвии в переменчивом мире. В сб.: Русский вопрос в странах Балтии. Вильнюс – Рига – Таллинн. Институт Европейских исследований. 2007.с.106-130. -248с.
13. Гапоненко Александр. О сегрегации и дискриминации русских в Латвии. В сб.: Русский вопрос в странах Балтии. Вильнюс – Рига – Таллинн 2007.с.131-175. -248с.
14. Гапоненко Александр. Геополитика. Экономика. Российские соотечественники в странах Балтии. Материалы Конференции «Взаимодействие России и стран Балтии». Москва. 26-28.02. 2008 г.
Гущин Виктор. Этнократия: латвийский вариант. Рига, 2004 г.- 124 с.
15. Симонян Р. Россия и страны Балтии. М.:Академия, 2003, -456
16. Русское национальное меньшинство в Эстонской Республике (1918-1940). Тарту, Крипта, 2000.-448 с.
16. Фейгман Татьяна. Русские в довоенной Латвии, Рига, 2000
17. Об экономическом взаимодействии России и стран Балтии. Москва, 2008
18. Абдулатипов Р. Национальная политика России на Кавказе: Концептуальное видение // Власть. 1998, № 1. С. 3-9.
19. Абдулатипов Р., Михайлов В., Чичановский А. Национальная политика Российской Федерации. От концепции к реализации. М.: Славянский диалог. 1997. 111 с.
20. Авксентьев В.А. Этническая конфликтология: в 2 ч. / Под ред. Шаповалова В.Н. Ставрополь, 1996. Ч. 1, 153 с. Ч. 2, 168 с.
21. Айрапетова Н. Проблема терроризма в России тесно связана с нелегальной миграцией // Независимая газета, 02.10.99 г.
22. Алехин В.А. Интеллигенция и национальный интерес // Нравственный императив интеллигенции: прошлое, настоящее, будущее. Иваново, 1998. С. 115-117.
23. Амелин В.В. Этнополитические конфликты: Типы и формы проявления, региональные особенности // Credo. 1997, № 1. С. 54-64.
24. Антонос Г. Империя и национальное государство: история и современность // Политическая наука: (Теория. Ретроспектива исследований). М., 1995. С. 83112.
25. Баграмов Э. Нация, национальная идея и национальная политика // Евразия: Народы. Культуры. Религии. М. 1997, № 1/2. С. 44-53.
26. Барановский В. Внутренние и внешние конфликты России // Ежегодник СИПРИ SIPRY yearbook: Вооружение, разоружение и международная безопасность. М., 1997. С. 168-194.
27. Басалай А. К вопросу о диалектике развития и сближения наций // Диалог. 1996, № 12. С. 8-17.
28. П.БициллиП. Нация и государство//Рубежи. 1997, №4. С. 120-135.
29. Богина И.И., Козлов В.И., Нитобург Э.П., Фурсова Л.С. Национальные процессы и национальные отношения в странах Западной Европы и Северной Америки // Советская этнография. 1975, № 5.
30. Болотопов В.Х., Суншев З.Ш. Этнопсихологические теории в России. Нальчик, 1997. 158 с.
31. Боришполец К., Ружинская Т., Степанова Т. Политическое будущее России в свете тенденций этнонационального развития. М.: МГИМО, 1996. 90 с.
32. Боров А.Х., Дзамихов К.Ф. Россия и Северный Кавказ. Современный политический опыт в политическом контексте // Полис. 1998, № 3. С. 192-203.
33. Бородай Ю. От этнического многообразия к национальному единству // Россия на новом рубеже. М., 1995. С. 110-132.
34. Бороноев А.О., Павленко В.Н. Этническая психология. СПб., 1994.
35. Бочарова O.A., Гудков Л.Д. Иерархия этнических установок населения // Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. М., 1994, № 1. С. 17-19.
36. Брычков A.C. Национальная безопасность России и проблемы формирования государственной идеологии // Вестник Межд. инф. ЮНЕСКО по социальным и гуманитарным наукам при ИСПИ РАН. М., 1998. № 2. С. 95-104.
37. Вызов Л. Россия: империя или национальное государство // Неизбежность империи. СПб., 1996. 210 с.
38. Раковский С.Н. Население Китая//География, № 37-38/2007.
Малевич И. Внимание, Китай. - М.: 2010. С. 31 - 32.
39. Бергер Я.М. Социальные процессы в современной китайской деревне.- М.,1988
40. Андреева Г.М. Социальная психология. М., 1994
41. Богословский В.А., Москалев А.А. Национальный вопрос в Китае- М.,1988
42. Бромлей Ю.В. Этносоциальные процессы: теория, история, современность.- М.,1987
43. Иманова С. Этнонационализм: история и реальность. Бишкек 2001.

Дисциплина: Психология
Тип работы:  Дипломная работа
Объем: 89 страниц
Цена этой работы: 1500 теңге
В избранное:   
Бесплатно:  Антиплагиат

Какую ошибку нашли?

Рақмет!






Магистерская диссертация

МЕЖЭТНИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
СОДЕРЖАНИЕ

Введение ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... .3
Глава I. Межэтнические отношения на постсоветском пространстве
1.1. Межэтнические отношения в странах Прибалтики ... ... ... ... ... ... . ... ... ...7-17
1.2. Этнические процессы на территории Российской Федерации ... ... ... ... .17-26
Глава II. Межэтнические отношения народов Центральной Азии
2.1. Межэтнические отношения в КНР (на примере Синьцзянь-Уйгурского автономного района) ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 27- 38
2.2. Межэтнические отношения в Кыргызстане ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ..38-44
Глава III. Актуальные проблемы межэтнических отношений в современном мире
3.1. К вопросу о межэтнических отношениях (на примере Великобритании) ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 45-60
3.2. Некоторые аспекты межэтнических отношений (на примере народа Казахстана) ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 60-69

Заключение ... ... ... ... ... ... . ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... .70-75
Список использованных источников и литературы ... ... ... ... ... ... . ... ... 76-78

Введение

Актуальность проблемы определяется и специфическим состоянием массового сознания, оценки, представления и ожидания которого отражают фрустрированность мирового общества и сами по себе способны, по мнению исследователей, являться катализатором дальнейшего осложнения межэтнического взаимодействия. Демократическое общество позволяет решить национальный вопрос на основе равенства и дружбы всех народов, развития их национальной экономики и культуры и их сближения, интернационализации общества. Однако нужно признать, что во многих государствах мира демократические принципы решения национального вопроса пока далеки от реального воплощения.
Проблема межнациональных отношений в отечественной науке больше других обществоведческих направлений оказалась подверженной в предшествующий, "советский" период стагнации и испытала на себе влияние догматической официальной идеологии. Когда в условиях демократизации общества начался бурный процесс возрождения национальных ценностей, утверждения национального самосознания, общественная наука не смогла ответить на самые насущные вопросы национальных отношений.
Но даже в этих условиях некоторым специалистам удалось создать определенные "заделы" в развитии исследований этой проблемы, в том числе - в различных регионах мира. В последнее время в странах с более сложным национальным составом заметно обострились межэтнические противоречия. Они имеют разные исторические корни. Так, в странах, возникших в результате европейской колонизации, сохраняется угнетение коренного населения (индейцев, эскимосов, аборигенов Австралии, маорийцев).
Степень изученности проблемы. Значимость проблемы привела в последние годы к подлинному взрыву исследовательского интереса к вопросам межнационального общения, национального самосознания, новейших этноязыковых процессов, возрождения национальных ценностей в их сочетании с ориентирами гражданского общества на постсоветском пространстве. Этим и другим аспектам современного национального развития на постсоветском пространстве посвящены десятки появившихся за несколько последних лет монографических и диссертационных работ, в том числе - С.А. Атамурадова, А.О. Бороноева, O.A. Дмитриева, Т.Г. Исламшиной, Г.С. Котанджяна, Н.Р. Маликовой, О.Б. Мухаметбердиева, П.И. Пирена, P.P. Галлямова, А.Н. Мельникова и др.[1-10].
Сложность процесса формирования межнациональных отношений предполагает комплексный подход, использование всего потенциала обществоведческих наук - социологии, этнологии, социальной психологии, истории, антропологии и др.
Анализ литературы, посвященной исследованию проблемы межнациональных отношений показывает, что, несмотря на большой ее объем, до сих пор нет ясного представления о классификации факторов, определяющих содержание и характер межнациональных отношений, не разработаны достаточно четкие критерии, позволяющие, с одной стороны, своевременно обнаружить назревание противоречий в межнациональных отношениях, осмыслить обстоятельства, подталкивающие их обострение до кризисной черты и, с другой стороны, определить меры по преодолению конфликтно-кризисных ситуаций.
Действие обеих тенденций во многом зависит от социально-экономического базиса этнических общностей и поэтому далеко не одинаково в разных этнических средах. В современных условиях особое влияние на ход этнических процессов оказывает научно-технический прогресс, в первую очередь развитие средств массовой коммуникации. Немалая роль принадлежит также политическому фактору, традиционному образу мышления и демографическим изменениям в структуре этносов.
Объектом исследования является история сложения и современное состояние межэтнических отношений в мире.
Предметом исследования являются особенности межэтнических отношений.
Теоретико-методологическая база исследования. Предмет исследования находится на стыке нескольких научных дисциплин: социологии, антропологии, этнографии, социальной психологии, истории. Междисциплинарность обусловила необходимость комплексного подхода к изучаемой проблеме. Проблема состояния межэтнических отношений в реформируемом мире по праву занимает одно из центральных мест в совокупности проблем, связанных с судьбами всего земного шара. Адекватная оценка наличной ситуации и ближайших перспектив развития этих отношений в многонациональном государстве, каким является многие государства, должна служить основанием для выводов о наличии и степени выраженности межэтнических отношений.
Одним из ключевых терминов его является народ (или этнос), который дефинируется следующим образом. Народы (или этносы) - это группы людей, объединенные исторически сложившимся единством языка, территории, хозяйственной жизни и культуры, национальным самосознанием.[1-10].
Формы этнической общности меняются и усложняются вместе с развитием человеческого общества от родовых и племенных объединений при первобытном строе до самостоятельных наций в условиях современных высокоразвитых государств. На сегодня всего в мире насчитывается несколько тысяч этносов, причем практически на всех стадиях формирования - от племен до наций.
Национальный состав населения мира постоянно эволюционирует. На его развитие оказывают влияние разные факторы:
1) территориальная контрастность, неоднородность естественного движения населения; так, например, в 90-е годы из-за отрицательного сальдо естественного воспроизводства населения число немцев и русских мало изменилось, а численность народов Пакистана из-за высокой рождаемости увеличилось более чем на 5%;
2) миграция этносов;
3) процессы консолидации и ассимиляции этносов. Консолидация этносов (или этническая диффузия) - это слияние нескольких родственных этнических общностей в одну на основе взаимопереплетения их национальных черт. В качестве примера в данном случае можно привести объединение около 20 малочисленных народов, проживавших на Алтае и Саянском нагорье, в два более крупных народа - алтайцев и хакасов. Второй процесс - ассимиляция этносов - утрата народами родного языка и национального самосознания в результате длительного общения с другими этносами, т. е. своего рода растворение этнических групп в многонациональной среде.
Во многих государствах и регионах мира разные этносы представлены неодинаково. Обычно выделяют главные народы, составляющие основную массу населения, и национальные меньшинства. Отметим, что последнее понятие имеет различную трактовку в отечественной и зарубежной практике. В России еще со времен СССР под национальным меньшинством принято считать национальные группы людей, либо живущие вне своих национально-территориальных образований (автономные республики, области, округа, в том числе Чувашия, Башкирия, Татария), либо не имеющие их (например, немцы, поляки). За рубежом под национальным меньшинством обычно подразумевают группы людей, либо территориально оторванных от основных ареалов расселения своих народов (например, турки и итальянцы в Германии), либо народы, которые вообще не имеют собственной государственности или автономии. Яркие примеры в этом плане - курды, населяющие прежде всего Турцию и Иран, или баски, проживающие в Испании и Франции. По происхождению и общественному положению национальные меньшинства принято делить на два типа: автохтонные или коренные народы и этносы, рожденные иммиграцией. Так, для национального состава современной Великобритании характерны следующие пропорции. Основной этнос - англичане - составляет 77% всего населения; автохтонные этносы, в том числе шотландцы, ирландцы и другие -14% и иммигранты из разных стран - 9%[12].
Необходимость изучения проблемы вызвана и тем, что разработка методов противодействия неблагоприятным процессам в этнополитической сфере сегодня безотлагательна. Неудачи многих реформ сказываются на состоянии всех сфер общественной жизни, в том числе и сферы межэтнических отношений. Определение национального состава населения регионов и мира в целом - вопрос весьма сложный. Это тесно связано с двумя главными причинами. Во-первых, часто отсутствуют четкие критерии разграничения людей по национальному признаку, а во-вторых, во многих государствах весьма ограничена и противоречива этническая статистика.
В большинстве стран мира население дифференцируется не по этническим признакам, а по гражданству, и делится только на две категории - граждан данной страны и иностранцев. Таким образом, со сменой подданства в результате процесса натурализации представители разных народов автоматически включаются в состав местного населения, хотя зачастую они на долгие годы сохраняют свой родной язык, культуру, традиции и многие другие национальные признаки. Современная наука пока не в состоянии ответить на вопрос, каково точное количество народов на Земле и сколько из них наций, народностей и других типов этносов. Чаще всего этнографы определяют общее количество народов на планете в пределах от 2200 до 2400. Известна лишь общая, глобальная тенденция, которая заключается в том, что в процессе этнической эволюции населения мира общее количество народов сокращается. На смену дробным этническим объединениям приходят все более сложные и высокоорганизованные формы этносов. В результате процессов консолидации и ассимиляции некоторые народы не только теряют свою самобытность, но и вообще исчезают с лица планеты. Например, в Великобритании и во Франции сильно ассимилированы древние кельты - уэльсцы и бретонцы. В США численность коренных жителей - индейцев - за пять последних столетий, с момента появления здесь первых европейцев, сократилась во много раз.
Во многих странах требует демократического решения проблема небольших коренных этносов, ведущих преимущественно племенной образ жизни (всего их в мире около 300 млн), ставших меньшинствами в результате европейской колонизации на их исконных землях, отстаивающих право жить по установившимся обычаям и традициям, теряющих язык своих предков (племена индейцев в Амазонии, некоторые народности на севере России и Канады, бушмены и пигмеи в Африке, аборигены в Австралии и Новой Зеландии и др.) [3].
Методы исследования. Использовались общенаучные методы познания -теоретический анализ и обобщение социологической, социально-психологической и этнографической литературы по проблеме. Был проведен вторичный анализ наличного банка эмпирических данных, контент-анализ программ общественно-политических движений, разработана методика экспертного опроса.
Научная новизна диссертационной работы заключается:
- в раскрытии особенностей состояния межнациональных отношений в условиях мировых реформ и выявлении факторов, их детерминирующих;
- в разработке типологии регионов мира по целому ряду признаков (экономический статус и степень самодостаточности, географическое положение, характер отношений с Центром и т.п. и определении степени влияния специфики регионов на характер межнациональных отношений; в исследовании особенностей формирования национального самосознания в условиях изменяющего мира;
- в характеристике причин и предпосылок формирования конфликтного потенциала массового сознания и выявлении возможностей его воздействия на состояние межнациональных отношений;
- в определении механизмов гармонизации межнациональных отношений.

Глава I. Межэтнические отношения на постсоветском пространстве

1.1 Межэтнические отношения в странах Прибалтики

Латвия, Литва и Эстония, как известно, находятся на стыке европейской и русской цивилизаций. Население этих стран полинационально и имеет двойную цивилизационную ориентацию в ключевых вопросах веры, культуры, языка, традиций. Латыши, литовцы и эстонцы ориентированы, по большей части, на Европу, русские, украинцы и белорусы - на Россию. В силу этого любые этнические конфликты на территории балтийских стран изначально носят межцивилизационый характер и дают основания для вмешательства в них как Европе, так и России. Последние объективно заинтересованы в сохранении политической стабильности в регионе, поскольку он является транзитной территорией, по которой происходит основная часть их взаимных поставок товаров, услуг и капиталов.
Однако субъективная политика нынешнего руководства Латвии и Эстонии, и в несколько меньшей степени Литвы, привела к созданию такой системы политических институтов и механизмов, которая только инициирует и усугубляет этнические конфликты. Опыт последних двух десятилетий показывает, что внутренних политических сил для ее демонтажа в самих странах Балтии не существует. Неизбежно внешнее политическое вмешательство в межэтнические отношения как в Латвии и Эстонии, так и в Литве. Вопрос только в том, будет ли это вмешательство осуществляться Европой, Россией или обеими сторонами вместе и какие средства при этом будут применены?
Россия долгое время воздерживалась от вмешательства в этнические конфликты в странах Балтии из-за своей внутренней слабости, а также потому, что сами эти конфликты находились на холодной стадии развития. События августа 2008 г. в Южной Осетии и Абхазии ясно показали, что Россия уже готова реально защищать интересы русского населения в зонах своих стратегических интересов. Однако инструментарий политических и экономических действий в таких целях Россией отнюдь не отработан.
Механизмы и инструменты контроля со стороны Европы над этническими отношениями в балтийском регионе настоящее время малоэффективны и не позволяют снизить уровень напряженности мирными средствами.
Основная часть западных исследователей общественных процессов в странах Балтии вообще отрицает наличие там этнического противостояния. Часть экспертов квалифицирует политические режимы балтийских государств как этнические демократии, признавая привилегированное положение титульных групп, но не соглашается с тем, что это порождает этнические конфликты. Еще меньше политологов, которые все же говорят об этнических конфликтах в Балтии, хотя и характеризуются их как исключительно лингвистические и культурные. Есть работы, посвященные этническому срезу взаимоотношений балтийских стран, России и Европы; изучению роли элит в развитии политических и этнических конфликтов в регионе.

Этнократические системы в странах Балтии
После обретения независимости власть в странах Балтии оказалась в руках наиболее организованной и опытной коммунистической номенклатуры титульных народов. К ней присоединилась местная и эмигрантская титульная интеллигенция. Все вместе они начали заново строить свои нации. В качестве образца правящие элиты выбрали систему хорошо знакомой им по дореволюционному и довоенному опыту жесткой этнической иерархии, элементы которой сохранялись и в советской номенклатурной системе. На протяжении 800 лет территория Балтии входила в состав различных феодальных империй на положении национальной окраины. Метрополии регулировали основные параметры жизни местных обществ, в том числе поддерживали в них этническую иерархию. Высшие места в ней занимали представители метрополий - немцы, поляки, шведы и русские, являвшиеся дворянами, торговцами и ремесленниками, а низшие - латыши, литовцы и эстонцы, в основном - крепостные крестьяне.
После присоединения в начале XVIII века Лифляндии и Эстляндии к Российской империи русские заняли там только высшие политические должности, а все местные административные и хозяйственные посты сохранились за немецким дворянством. Аналогичные порядки установились и на присоединенных несколько позже к России территориях Латгалии, Курземе и других землях (в тот момент принадлежавших Польше), на которых расположена нынешняя Литва. Только ведущая роль здесь была отведена польским дворянам. Лишь к середине XIX века в Балтии появилось заметное число сначала русских и еврейских, а затем латышских, литовских и эстонских ремесленников, купцов, предпринимателей, интеллигенции. Однако немцы и поляки, несмотря на их небольшую численность, продолжали занимать доминирующее положение в обществе, во многом вследствие установленной ими системы контроля над другими этносами. Эта система включала местное, во многом дискриминационное, законодательство и судопроизводство, этническую монополию на замещение всех административных постов и занятие свободными профессиями, языковые и образовательные ограничения для инородцев, контроль за религиозной и светской духовной жизнью титульного населения[4].
Российское царское правительство, следуя потребностям развивающегося капиталистического производства, вынуждено было постепенно сужать сферу действия местного этнического контроля, чтобы обеспечить всем своим подданным равные возможности для несения службы, хозяйственной деятельности, социального развития. Латыши, литовцы, эстонцы, протестуя против немецкого и польского засилья, добровольно принимали православие, изучали русский язык, стремились получить образование в русских школах, осваивали русскую культуру. Практически вся титульная интеллигенция того времени получила образование в Санкт-Петербургском университете. Совокупный эффект местной и общероссийской систем контроля позволял избежать возникновения в балтийских обществах острых этнических конфликтов вплоть до серии русских революций 1905-1917 гг. В ходе революционных потрясений политическая система, поддерживавшая этническую иерархию в балтийских провинциях, была полностью разрушена. Крупная земельная собственность русских, немецких и польских дворян, составлявшая экономическую основу этой иерархии, была национализирована и передана латышским, литовским и эстонским крестьянам. Вызванная этим гражданская война являлась отчасти и войной межэтнической. Ситуация осложнилась Первой мировой войной и последовавшей за ней немецкой оккупацией.
Когда балтийские провинции отделились от охваченной революцией и крайне ослабленной России, пришедшие к власти титульные элиты стали строить собственные нации. Вначале все этносы Латвии, Литвы и Эстонии имели равные условия. Но с конца 20-х - начала 30-х годов XX века, на фоне серьезных экономических и политических трудностей здесь повсеместно произошли государственные перевороты и установились этнические диктатуры. Была восстановлена дореволюционная система этнической иерархии - только теперь верхние ступени заняли латыши, эстонцы и литовцы. Для всех нетитульных народов были установлены гласные и негласные ограничения на занятие политической, административной, общественной и предпринимательской деятельностью, сократились возможности получать образование на родном языке, использовать его язык в официальной сфере, развивать свою культуру. Собственность немцев в городах была национализирована, а сами они репатриированы в Германию. Государственное давление на инородцев поддерживалось действиями националистических организаций полувоенного типа. В обществе получили широкое распространение национализм, антисемитизм и нацизм.
Усиление этнической напряженности, в совокупности с социальными противоречиями, помогло перед началом Второй мировой войны без сопротивления включить балтийские республики в состав СССР [24, с. 125].
В годы гитлеровской оккупации (1941-1944 гг.) была установлена жесточайшая этническая иерархия, верхние места в которой принадлежали немцам. Элита титульных наций заняла подчиненные позиции, дававшие ей возможность выжить, все инородцы же оказались внизу социальной лестницы и были обречены на уничтожение либо ассимиляцию. В Латвии и Эстонии нацисты смогли широко привлечь местные титульные элиты к проведению этнических чисток среди евреев, цыган, поляков и русских.
После войны, уже в Советской Прибалтике, старая этническая иерархия была разрушена и формально установлено равенство всех этносов. При этом реально ключевые посты в партийно-административной системе заняли этнические русские, украинцы и белорусы, которые были более советизированы и выступали в роли станового хребта всего советского государства. За латышами, литовцами, эстонцами, в свою очередь, было закреплено большинство средних и низовых руководящих постов в партии, в советских, хозяйственных органах и общественных организациях. Система комплектации партийных кадров, так называемая номенклатурная система определяла место и роль местных титульных элит, строго контролировала их деятельность и не допускала реализации партикулярных национальных интересов. Одновременно формировалась и поддерживалась титульная интеллигенция, которая должна была проводить идеологический курс на советизацию масс. Титульным народам предоставили возможность свободно использовать свой язык, получать на нем образование, издавать книги, газеты, журналы, создавать собственные телевизионные и радио программы, открывать театры и галереи, поддерживать национальные традиции. На эти цели из республиканских и местных бюджетов выделялись немалые ресурсы, чаще всего, в ущерб интересам других этнических групп.
Русский язык был официальным, но использовался только в масштабах, необходимых для централизованного управления всей страной. Русская культура на местах практически не поддерживалась, упор делался на развитие единой советской культуры. Учебные заведения, СМИ формировали отнюдь не русскую, а советскую идентичность.
Титульные руководящие кадры и интеллигенция управляли и своими собственными народами, и проживавшими в национальных республиках представителями нетитульных этносов - в основном, русскими. Таким образом, в модифицированном виде, была восстановлена система этнической иерархии, в которой титульные элиты национальных окраин гарантированно получили не главенствующие, но достаточно высокие и многочисленные руководящие посты в обществе, а также преимущественное право выполнять интеллектуальную работу. Когда в последние советские годы московское руководство утеряло идеологический, а затем и кадровый контроль над национальными элитами, титульные элиты балтийских республик быстро консолидировались на этнической основе. Русское же население Балтии оставалось полностью советизированным, его консолидация на национальной основе шла крайне медленно, что предопределило его идеологическую и организационную слабость и вялое участие в развернувшейся борьбе за власть. В новой этнической иерархии титульная номенклатура и интеллигенция хотели занять верхние ступени социальной лестницы, а инородцам отвести низшие. Открытая этническая диктатура в современных условиях была невозможна, поэтому был выбран путь создания внешне демократической этнократической системы власти, основными элементами которой стали следующие:
· практически несменяемые у власти политические партии, построенные по этническому принципу и проводящие политику построения моноэтнического общества;
· комплектование правящими партиями органов власти, управления и суда только из представителей титульной нации;
· резервирование за последними управленческих и привлекательных исполнительских рабочих мест на государственных предприятиях и в организациях;
· закрепление исключительно за представителями титульной нации возможности стать лицами свободных профессий: нотариусами, адвокатами, архитекторами, землемерами и т.д.;
· принудительное выдавливание части нетитульного населения и ассимиляция оставшихся;
· мифологическая составляющая, оправдывающая дискриминацию и сегрегацию нетитульных народов - в балтийском варианте это мифы о преимущественных правах титульных жителей, о том, что все нетитульные народы малокультурны и являются мигрантами, о советской оккупации и нанесенном ею ущербе;
· законодательное закрепление неравенства отдельных народов целым рядом правовых норм и принуждением к исполнению этих норм с помощью государственного репрессивного аппарата: это касается права на пользование родным языком и получение на нем образования, на доступ к информации, на развитие национальной культуры и т.д.;
· лишение значительной части нетитульного населения политических прав, прежде всего права гражданства - посредством введения института неграждан.
Институт неграждан имеет ключевое значение для понимания этнократических систем Латвии и Эстонии. Он возник в результате принудительного деления населения бывших советских прибалтийских республик на новых граждан, обладавших всей полнотой прав, и постоянных жителей, полностью лишенных политических прав. Деление это произошло на основании отрицания правопреемства гражданства Советской Латвии и Советской Эстонии гражданству довоенных республик и восстановления гражданства последних. Решения о восстановлении довоенного гражданства были приняты Верховными советами Советской Латвии и Советской Эстонии, которые избирались еще советскими гражданами и полномочий на лишение своих собственных избирателей гражданства не имели. Поэтому данные решения можно рассматривать как конституционные перевороты.
Эти государственные перевороты, этнические по своей природе, и породили обширную группу людей без гражданства - неграждан. В Латвии, например, общее их число к моменту регистрации в специально созданном для этого в 1993 г. Регистре жителей достигло 876 тысяч человек, из которых 161 тысяче отказали даже в регистрации. В Эстонии число неграждан в 1992 г. составило 404 тыс. человек. В целом более трети населения этих стран принудительно лишились всех политических прав.
В Литве, где процент нетитульного населения относительно невысок, потенциальную возможность получить гражданство имели все постоянные жители, но люди без гражданства тоже появились.
Этнократическая система в странах Балтии носит институциональный характер, то есть она опирается на государственные, партийно-политические и общественные институты, закреплена в законодательных нормах, поддерживается аппаратом принуждения. В сохранении этой системы заинтересовано немало людей, которым она приносит политические, материальные и статусные выгоды, - принадлежащие к титульным нациям политики, чиновники, предприниматели, работающие на государство, лица свободных профессий, обслуживающая интересы этнократии гуманитарная интеллигенция. Лица наемного труда особых преимуществ от этнократической системы не имеют, но их успешно мобилизуют на поддержку правящей элиты с помощью политтехнологий и СМИ.

Русский вопрос в странах Балтии
Этнократическая система направлена против всего нетитульного населения, но, прежде всего, против самой его многочисленной и организованной части - русских. Под русскими мы понимаем всех тех, кто идентифицирует себя с русской нацией, кто использует русский язык в качестве родного. Часто этих людей называют русскоязычными, хотя это не совсем корректно, ведь важно не свободное владение языком, а самоидентификация человека с определенным народом через язык. Например, в Латвии в 1989 г. свободно говорили по-русски 81,6% населения, а родным его считали только 42,1%, при этом русскими числились по паспорту 34,0% населения. В 2000 г. в Латвии русских по переписи населения значилось 29,6% населения, а родным русский язык был для 36,1% населения[24, с. 65].
Численность населения, идентифицирующего себя с русской нацией по критерию языковой принадлежности, достаточно точно совпадает с фиксируемой статистикой совокупной численностью русских, украинцев и белорусов, то есть русских в широком смысле слова. В 2000 г. таковых в Латвии насчитывалось, например, 36,3%. Сразу после приобретения независимости в прибалтийских республиках началось вытеснение нетитульного населения, продолжавшееся особенно интенсивно до конца 90-х годов. Существующая статистика не позволяет прямо оценить этническую составляющую миграции, но косвенно о ней можно судить по изменению этнической структуры населения. С 1989 по 2000 гг. нетитульное население Латвии сократилось с 1279 до 1006 тыс. человек, или на 21,3%, Литвы - с 751 до 577 тыс. (23,2 %), Эстонии - с 603 тыс. до 429 тыс. (28,9%). В результате его доля уменьшилась в Латвии с 48,0 до 42,4%, в Литве с 20,4 до 16,6%, в Эстонии с 40,2 до 30,6%[24, с. 35].
Из-за прямого запрета на проживание, лишения права заниматься профессиональной деятельностью, увольнения с работы из-за национальной принадлежности или незнания официального языка, покинуть страну была вынуждена большая часть русской элиты: партийные, советские, хозяйственные работники; военные; гуманитарная и техническая интеллигенция.
Возможности для сохранения национальной идентичности и самоорганизации для оставшихся русских резко сократились. Массовое лишение гражданства лишило их возможности создать адекватное представительство в органах политической власти. В Латвии сейчас существуют две небольшие парламентские партии, защищающие интересы русских - ЗАПЧЕЛ и Центр согласия., В Эстонии и Литве политический ландшафт на парламентском уровне представлен лишь партиями титульных народов, а русские практически отчуждены от политической жизни.
С конца 90-х годов в Латвии и Эстонии начался процесс натурализации неграждан. Однако он идет крайне медленно, и сокращение числа неграждан в основном происходит за счет естественной убыли.. На начало 2008 г. в Латвии оставалось 372 тыс. русских неграждан, или 43%русского населения, в Эстонии - 116 тыс. (почти 39%). В Литве в настоящее время проживают около 10 тыс. человек, не имеющих гражданства, тоже, в большинстве своем, русских. При нынешних темпах натурализации ликвидация института неграждан в Латвии и Эстонии займет четыре - пять десятилетий. В принципе, власти рассчитывают на то, что за это время старшее поколение русских просто уйдет из жизни, а молодежь удастся отсечь от ядра нации в России и ассимилировать.
Превращение значительной части русского населения в неграждан дало возможность латвийским и эстонским властям на вполне законных основаниях дискриминировать его. В правовом статусе граждан и неграждан этих стран закреплено до 70 различий. Среди них: запрет для неграждан занимать все посты в государственном и муниципальном аппарате, быть судьями, прокурорами, адвокатами, нотариусами, служить в полиции и армии, в таможне и пожарной охране, быть пограничниками, охранниками... В экономической сфере неграждане ограничены в возможности участвовать в приватизации государственного имущества, они получили меньшее число приватизационных сертификатов. Для них существуют ограничения на занятие высших должностей в акционерных компаниях, банках, на работу в государственные компании. На работу в государственные учреждения и компании в странах Балтии не принимают даже тех представителей нетитульного населения, которые обладают гражданством этих стран. По оценкам, среди занятых в государственном секторе Латвии 85% латышей, а в государственном управлении и на руководящих постах эта доля еще выше.
Дискриминация при приеме на работу не только мешает профессиональной реализации и приобретению более высокого социального статуса, но и ведет к экономическим потерям для русского населения. В Латвии ежемесячные доходы служащих в сфере государственного управления, практически полностью комплектуемой из латышей, составляли на начало 2008 г. 595 лат, работники промышленности, по большей части комплектующиеся из нелатышей, получали в среднем 407 лат, то есть на 31,5% меньше. По данным Латвийского бюро статистики, в 2004 г. из 90,8 тыс. безработных 37 тыс. составляли так называемые русскоязычные. То есть, уровень безработицы среди латышей был на 7% ниже, а у русских на 5% выше, чем их удельный вес в составе населения.. Этнократическая система жестко ограничивает возможности для воспроизводства русскими своей национальной идентичности. Русские платят равные с представителями титульных наций налоги, однако не могут получить за государственный счет высшее, среднее специальное и среднее образование в старших классах на родном языке. Многие русские школы и детские сады принудительно закрываются. Деньги на поддержание русской культуры из бюджета практически не выделяются. Русский язык в независимых Латвии, Литве и Эстонии объявлен иностранным и запрещен к официальному употреблению, хотя он является родным для немалой части населения. Внедрение языков титульных наций в качестве официальных проводится жесткими методами. Установлены высокие требования к его знанию, и проводится обязательная сертификация работающих. Созданы специальные языковые комиссии, которые следят за его употреблением, штрафуют тех, кто им недостаточно владеет, принуждают работодателей к увольнению виновных с работы. Властями принудительное внедрение официального языка рассматривается как средство интеграции общества, но оно оборачивается инструментом дискриминации русского населения. Кроме того, русский язык был первоначально полностью исключен из государственного радио- и телевещания, а для частных средств массовой информации установлена 20% квота вещания на русском языке. Эта квота была отменена только после вступления стран Балтии в ЕС.
Русские ограничены и в религиозных вопросах. Протестантство в Латвии и Эстонии и католицизм в Литве фактически являются государственными религиями, их конфессиональные праздники официально объявлены выходными днями. Православные и древлеправославные отмечать Великую Пятницу, Пасху, Рождество по своему календарю свободно не могут.
В итоге русское население быстро теряет свои социальные позиции и даже маргинализируется. Преступность, проституция, наркомания, нищенство приобретают русское лицо. Все это сказывается на демографических показателях. Если в 1990 г. смертность среди латышского населения составляла 14,3%, а среди русских (русскоязычных) 11,0 %, то в 2007 г. - уже 13,5 % и 15,9 %. Если рождаемость в 1989 г. достигала среди латышей 15,5%, а среди русских 12.7%, то в 2007 г. она составила соответственно 11,4 и 8.0%.. То есть, рождаемость у русских сократилась больше, чем у латышей, а смертность, не только не уменьшилась, как у латышей, но и возросла, и заметно! Аналогичная ситуация наблюдается и в других странах Балтии.
Русское население пытается противиться этнократической системе. Наиболее яркими проявлениями этнических конфликтов стали бронзовые ночи в Таллинне в 2007 г., борьба против латышизации русских школ в Латвии в 2004-2005 гг., в которой участвовали десятки тысяч русских школьников и их родителей.
Огромное количество фактов этнической дискриминации русских подробно фиксируются публицистами и правозащитниками, освещаются в прессе и интернет- ресурсами. В последние годы сопротивление русского населения становится более организованным. Во всех странах Балтии русские общественные организации объединились в городские и республиканские союзы, эти союзы начали поддерживать русские партии, инициировать регулярные митинги, демонстрации, пикеты, обращаться в международные организации. Сложилась самостоятельная русская элита, способная формулировать цели и задачи, проводить мобилизацию русского населения. Во многом благодаря ей русский вопрос в странах Балтии приобрел не только местное, но и международное звучание.

Европейский союз и русское население балтийских государств
В соответствии с принятым на Западе подходом, русский вопрос рассматривается там в ряду других вопросов о национальных меньшинствах. Наличие этнических конфликтов в Латвии, Эстонии и Литве зафиксировано многочисленными международными комиссиями. На основании подготовленных этими комиссиями материалов вырабатывались заключения и рекомендации, отраженные в документах ООН, ОБСЕ, Европарламента, Комиссии ЕС и других международных инстанций.
Сформулированные в них рекомендации учитывают практику разрешения этнических конфликтов и проблем в других европейских странах и опираются на нормативные и рекомендательные международные акты: Всеобщую декларацию прав человека; Гаагские рекомендации о права национальных меньшинств на образование 1996 года; Декларацию ООН о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам 1992 года; Европейскую хартию о региональных языках или языках меньшинств 1992 года, Рамочную конвенцию Совета Европы о защите национальных меньшинств и другие.
Однако руководство стран Балтии не спешит выполнять полученные от международных организаций рекомендации. Европейский союз до вступления в него стран Балтии выделял им из фонда PHARE и других источников специальные средства на интеграцию общества. Основная часть этих средств шла на финансирование обучения нетитульных народов официальным языкам, что рассматривалось европейскими и местными властями как главный фактор интеграции.
В настоящее время институтами косвенного воздействия на этнические отношения являются Агентство по фундаментальным правам и Комиссия по занятости, социальным отношениям и равным возможностям ЕС. Однако цели этих международных политических институтов ограничиваются лишь проведением экспертизы и оказанием поддержки в применении законов Европейского союза. Их бюджеты невелики, и реализуемые ими программы существенного влияния на положение национальных меньшинств не оказывают. Особо отметим, что распределением средств Евросоюза на местах занимаются национальные правительства, которые не заинтересованы в решении проблемы и тратят деньги в основном на содержание бюрократического аппарата и имитацию интеграционной деятельности. Часто местные чиновники попросту присваивают их через подконтрольные им общественные организации. До нетитульного населения средства вообще не доходят.
Некоторое влияние на состояние национальных проблем в Балтии оказывает международный суд в Страсбурге. Он принял целый ряд обязательных к исполнению конкретных решений в защиту прав представителей нетитульного населения. Однако отменить саму систему этнической дискриминации он не правомочен, да и конкретные дела затягиваются на долгие годы. Инструментов прямого политического и экономического воздействия Европейского союза на страны Балтии нет. Вместе с тем при возникновении острых этнических конфликтов в зонах стратегических интересов ЕС он не раз прибегал к угрозе или прямому применению военной силы. Так было в разных частях бывшей Югославии в 90-х - 2000-х годах, в том числе в Косово. В Македонии, где конфликт между титульным населением и албанцами еще не достиг горячей фазы развития, под угрозой применения Европейским союзом и НАТО силы в 2001 г. были подписаны так называемые Охридские соглашения, по которым албанское меньшинство получило полную национально-культурную автономию и конституционные гарантии ее соблюдения.

Россия и балтийские русские
Россия долгое время не участвовала в решении русского вопроса в странах Балтии. Сдвиги наметились после 2006 г., когда была разработана концепция Русского мира. С тех пор регулярно проводятся национальные, региональные и всемирные съезды зарубежных соотечественников. Образован всемирный Координационный совет российских соотечественников, с которым работает МИД и другие федеральные органы РФ. Совет соотечественников уже давно функционирует при московском правительстве, другой создается в Петербурге. Выделяются средства на поддержку русского языка и культуры за рубежом. Учрежден специальный фонд Русский мир. Открываются Дома русской культуры, зарубежные филиалы российских вузов, центры русского языка. Зарубежные соотечественники получили право бесплатно обучаться в российских университетах по президентской квоте. Появился целый ряд предназначенных для них электронных и печатных изданий.
Если движение протеста против реформы русских школ в Латвии в 2004 г. Москва поддержала только морально, то после событий с памятником Бронзовому солдату в 2007 г. Россия уже приняла негласные экономические санкции против Эстонии, сократив транзит грузов и введя нетарифные торговые барьеры. В середине 2008 г. ... продолжение
Похожие работы
Аналитические программы на телевидении: история, традиции, современность
Традиции и современность
Личность и межличностные отношения
Товарно – денежные отношения и финансы
Договорные отношения и их виды
История возникновения и развитие нотариата
Ранняя история найманов и кереитов
ЭТНОКУЛЬТУРНЫЕ ЦЕНТРЫ АКМОЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ: ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ
Новая и новейшая история Казахстана
Кыргызстан и Казахстан намерены развивать союзнические отношения
Дисциплины
Көмек / Помощь
Арайлым
Біз міндетті түрде жауап береміз!
Мы обязательно ответим!
Жіберу / Отправить

Рахмет!
Хабарлама жіберілді. / Сообщение отправлено.

Email: info@stud.kz

Phone: 777 614 50 20
Жабу / Закрыть

Көмек / Помощь