СОТРУДНИЧЕСТВО СТРАН ШОС В ОБЛАСТИ БЕЗОПАСНОСТИ



Тип работы:  Курсовая работа
Бесплатно:  Антиплагиат
Объем: 47 страниц
В избранное:   
СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 3
1 СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ
ШОС ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 7
... ... ... ... ... ...
1.1 Современное состояние ШОС ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... . 7
1.2 Основные факторы развития ШОС в среднесрочной
перспективе ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... .. 15
2 СОТРУДНИЧЕСТВО СТРАН ШОС В ОБЛАСТИ БЕЗОПАСНОСТИ
... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ...
27
2.1 ШОС в борьбе с тремя силами зла ... ... ... ... ... ... ... ... ... . 27
2.2 Противодействие незаконному наркотрафику в рамках
ШОС ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... . 36
ЗАКЛЮЧЕНИЕ ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... .. 43
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ... ... ... ... . 45

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы продиктована новой геополитической ситуацией,
возникшей после распада Советского Союза.
Распад Советского Союза и формирование новых независимых
государственных образований в Евразии явились фактором дестабилизации
системы глобальных и региональных связей. На территории Центральной Азии,
образовался вакуум политического влияния, повлекший за собой обострение
ситуации в регионе и возникновение новых конфликтов. Три силы: терроризм,
экстремизм и сепаратизм, зарождающиеся и распространяющиеся в этом регионе
после холодной войны, стали серьезно угрожать безопасности и стабильности
всех стран, сказываются на мире и развитии региона.
Несмотря на это, несколько лет назад регион Центральной Азии и его
проблемы мало кого интересовали, теперь же привлекает все большее внимание
мировой общественности. События 11 сентября 2001 года стали поводом для
обращения внимания на регион и его проблемы. Соседство с Афганистаном стало
дестабилизирующим фактором для безопасности региона.
Террористическая активность и рост наркотрафика потребовали
оперативного решения. Попытка стабилизировать обстановку в данном регионе
была сделана образованием Шанхайской Организацией Сотрудничества, которая
основана, главным образом, на системе совместной кооперативной
безопасности. Впервые на центрально азиатском пространстве возникла
организация во главе крупнейших стран материка, - Китая и России.
Организация поставила одним из своих приоритетов поддержание безопасности,
первой выдвинула задачу борьбы с терроризмом, экстремизмом и сепаратизмом.
Как подчеркивается в Совместной Декларации России и Китая,
подписанной в Пекине 2 декабря 2002 года, Шанхайская Организация
Сотрудничества становится важным фактором поддержания мира, безопасности и
стабильности в регионе, одним из опорных элементов конструкции
многополярного мира.
Регион выдвинул перед образовавшейся Шанхайской организацией не только
вопросы трех сил зла, но и проблемы распространения наркотиков, оружия,
трансграничной преступности, вопросы охраны окружающей среды, социально-
экономического развития, и то, на сколько продуктивно ШОС сможет решать эти
вопросы, будет зависеть безопасность в столь важном для всех регионе.
Степень изученности проблемы. Не смотря на то, что организация была
сформирована сравнительно недавно, глубоких обобщающих аналитических
публикаций по Шанхайской организации сотрудничества с каждым годом только
увеличивается. Имеющиеся многочисленные публикации журналистов и
обозревателей носят в основном общий оценочный характер публицистического
характера.
Анализируя имеющиеся публикации, можно отметить, что имеются
многочисленные заметки и статьи по истории развития Шанхайской организации,
перспективам ее деятельности в будущем, роли на политической карте мира и
во взаимоотношениях с тремя ключевыми игроками в регионе – Китаем, США и
Россией.
Вместе с тем, анализ литературы по данной теме позволяет сделать вывод
о несопоставимости значения ШОС как компонента перспективной азиатской
системы безопасности с общим объемом и направленностью большинства
публикаций. Узкоспециализированный характер, преобладание описательных
подходов, поверхностность оценок не всегда позволяют в должной степени,
комплексно рассмотреть эволюцию данной организации, степень ее влияния на
укрепление безопасности (особенно в Центральноазиатском макрорегионе).
Специальная литература представлена материалами и статьями в журналах
Азия и Африка сегодня, Analytic, Международная жизнь, Мировая
экономика и международные отношения, Проблемы Дальнего Востока,
Центральная Азия и Кавказ и информационными сообщениями, помещенными на
сайтах Интернета. Также были привлечены статьи из иностранных журналов:
China Report (A Journal of East Asian Studies), Journal of
International Affairs, Гоцзи маои (Международная торговля).
Что касается Интернет – ресурсов, среди них можно отметить сайт
Казахстанского института стратегических исследований, портал Института
стран СНГ, исследовательские центры стран Центральной Азии, Шанхайский
Институт Международных Исследований, геополитический сайт Евразия,
информационно-аналитический портал Евразийский дом.
Существует значительный объем научной литературы, посвященной роли
безопасности в политике ШОС в этот период.
Вопросам сотрудничества стран-членов ШОС в сфере безопасности,
проблемам и вызовам этой организации, перспективам ШОС в контексте
глобальных и региональных изменений посвятили свои труды К.Л. Сыроежкин, М.
Т. Лаумулин, Е.Н. Оразалин, М.Б. Олкотт [1-4].
Так, К.Л. Сыроежкин в своем труде исследует процессы, происходящие в
современном Китае. Книга посвящена актуальным проблемам современного Китая,
отдельная глава книги посвящена роли Китая в ШОС, а также проблемам и
перспективам организации.
М.Б. Олкотт и М.Т. Лаумулин рассмотрели ситуацию, возникшую в
Центральной Азии после событий 11 сентября.
Комплексный анализ теории и методики формирования эффективных
механизмов сотрудничества в рамках межправительственных организаций, а
также факторы институционального развития ШОС, специфику взаимодействия
стран-членов организации с учетом их интересов приводит в своей книге Е.Н.
Оразалин.
Особый интерес вызывают книги, подготовленные авторским коллективом
КИСИ при Президенте РК. Книги посвящены актуальным проблемам регионального
сотрудничества и безопасности в Центральной Азии после известных событий 11
сентября 2001 года, а также процесса происходящим на современном этапе. В
сборниках проанализированы особенности геополитической и политической
ситуации в Центральной Азии, новые угрозы и вызовы региональной
безопасности, внешнеполитическая стратегия мировых и региональных лидеров
[5-6].
В процессе курсовой работы использованы также сборники материалов
международных научно-практических конференций, проходящих в Алматы и
организованных КИСИ при Президенте РК, Международным институтом современной
политики, ИМЭП при Фонде Первого Президента РК, Представительством Фонда Ф.
Эберта в Казахстане и другими. В сборниках материалов включены доклады
участников конференции, охватывающие широкий круг вопросов, связанных с
деятельностью ШОС и ролью данной организации в формировании современной
системы региональной безопасности в Центральной Азии.
Источниковой базой работы послужили большую документальную базу,
которую можно подразделить на две группы. Первая группа – это документы
Шанхайской Организации Сотрудничества.
Основными документами ШОС являются: ежегодные Декларации глав
государств – членов ШОС; Хартия ШОС; Шанхайская конвенция о борьбе с
терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом; Соглашение между государствами-
членами Шанхайской организации сотрудничества о сотрудничестве в борьбе с
незаконным оборотом    наркотических средств, психотропных веществ и их
прекурсоров; Совместные заявления глав государств, правительств, министров
- членов ШОС, Доклад Совета Региональной антитеррористической структуры
Совету глав государств – членов ШОС о деятельности РАТС в 2004 году и
многие другие документы [7-10].
Другая группа источников - это доклады, речи, послания и выступления
глав государств, министров, членов законодательной власти, дипломатов и
других представителей власти России, Китая и стран Центральной Азии.
На данный момент не существует полного сборника документов ШОС.
Большинство документов оказались доступны через сеть Интернет. В первую
очередь, заслуживает внимания официальный сайт ШОС, откуда были получены
выступления и важные речи представителей власти, а также сведения о
постоянных органах ШОС, официальные документы организации. Кроме того,
отдельно заслуживают внимание сайт саммита ШОС 2006 г. в Шанхае и сайт РАТС
ШОС.
Следует также отметить официальные сайты Министерства иностранных дел
РФ и сайт президента РФ, в рамках которых стали доступны документы не
представленные на страницах официальных сайтов ШОС.
Объектом исследования является политика безопасности в Центральной
Азии.
Предмет исследования является вклад ШОС в обеспечение безопасности в
Центральноазиатском регионе.
Хронологические рамки исследования начинаются с момента основания
организации в 2001 году по сегодняшний день.
Цели и задачи. Основная цель работы заключается, прежде всего в том,
чтобы рассмотреть деятельности ШОС в качестве региональной организации
безопасности, определение возможностей и перспектив эффективной
деятельности и развития организации. Оценить и проанализировать
деятельность ШОС в решении региональных угроз безопасности.
Достижение цели предполагает решение следующих задач:
➢ проанализировать основополагающие документы ШОС касающиеся
обеспечения безопасности в Центральной Азии
➢ показать на примере ШОС особенности формирования организации в борьбе
с новыми вызовами
➢ проанализировать роль и эффективность Шанхайской организации
сотрудничества и Региональной антитеррористической структуры в борьбе
с террористической угрозой в регионе
➢ определить возможности и необходимые действия ШОС в борьбе с
наркотрафиком и наркопроизводством
Структура работы. Структурно работа состоит из введения, двух глав
(поделенных на параграфы), заключения, списка использованной литературы.

1 СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ШОС
1.1 Современное состояние ШОС

В следующем году организации исполнится восемь лет. И за это время
были решены вопросы ее организационного строительства. Сейчас перед ШОС
стоят задачи по практическому наполнению своей деятельности. Как известно,
сама организация первоначально вырастала из пограничного вопроса между СССР
и Китаем, Россией и Китаем, Казахстаном и Китаем т.д., из соглашений о
разводе войск и ограничений вооруженных сил в районе границ и из соглашений
о мерах доверия. Если бросить туда, в период 10-15 летней давности,
ретроспективный взгляд, то с этой точки зрения Шанхайская пятерка, а затем
ШОС были достаточно успешными.
По большому счету, ни у нашей страны, ни у других стран-членов ШОС не
было проблем с Китаем. Ни одна из них, ни разыгрывает китайскую карту
против других своих партнеров по ШОС. Уже одним этим, я считаю, создание
подобной структуры себя вполне оправдало.
Несколько лет уже функционируют и повышают качество своей работы,
постоянно действующие органы ШОС, а именно: секретариат в Пекине и
исполнительный комитет региональной антитеррористической структуры в
Ташкенте. Эффективно и бесперебойно действуют высшие координационные
органы, а именно: политический – Совет глав государств и экономический –
Совет глав правительств. Расширяется круг межведомственных встреч
министерского и экспертного уровней, вступают в действие новые структуры,
например, совещание секретарей советов безопасности стран-членов ШОС.
Увеличивается количество и расширяется тематика рабочих структур
организации. Например, предложены встречи руководителей природоохранных
органов, председателей Верховных судов, парламентский форум. Обозначается
стремление к сотрудничеству в области образования, культуры и спорта.
Подключаются и органы неправительственного сотрудничества. Так, формируется
Деловой совет, Форум ШОС и т.д. В стадии реализации проект общественного
института охраны здоровья и социальной защиты ШОС, проекты в области
телекоммуникаций, транспорта. Создан общественный координационный совет в
поддержку ШОС, заработал общественный информационный сайт "ИнфоШОС.Ру". С
одной стороны, это можно представить как бюрократическую суету. А с другой
– во-первых, ни какое дело без таких встреч, без знакомства, без привыкания
друг другу не делается; во-вторых, когда вы создаете новую структуру, она,
получив задание, получив цель, начинает работать, жить собственной жизнью.
Перспективной является архитектура международных взаимодействий ШОС.
Организация получила статус наблюдателя при Генеральной Ассамблее ООН.
Сотрудничает уже с рядом органов ООН, причем круг заинтересованных во
взаимодействии с ШОС организаций расширяется. Подписаны документы о
взаимодействии с СНГ и АСЕАН. К взаимодействию с ШОС готова, например,
ОДКБ, намечены другие контакты. Кроме того, поступили заявки на получение
статуса наблюдателя при ШОС от ряда стран. Есть заинтересованность в
контактах с ШОС иного уровня [3, с. 77].
В противовес С.Хантингтону, выдвинувшему тезис о неизбежности
"столкновения цивилизаций", в рамках ШОС был сформулирован вывод о
возможности гармоничного взаимодействия и взаимоподдержки цивилизаций. Уже
в ходе консультаций российская сторона предложила пригласить в состав
нового образования Индию и Иран. Китайская сторона предложила Пакистан.
Позднее все участники "пятерки" согласились и по поводу участия в ШОС
Монголии [11].
На Шанхайском юбилейном саммите в 2006 г. была впервые обозначена зона
интересов и ответственности организации, заявлено о наличии у ШОС
потенциала, позволяющего ей играть самостоятельную роль в Евразии. Думаю,
что именно потенциал безопасности ШОС позволил ей установить отношения с
ЕС, ОБСЕ, ЛАГ, АСЕАН, а также дополнить собственные возможности тесным
взаимодействием с СНГ, ОДКБ, ЕврАзЭС. При успешном развитии Шанхайская
организация сотрудничества в ближайшие годы может стать основой системы
коллективной безопасности в Евразии и активно влиять на глобальную
безопасность.
Уже сегодня в формате ШОС "6+4" (шесть стран-членов, четыре страны-
наблюдателя) сосредоточены огромные экономические и человеческие ресурсы.
На страны ШОС приходится 35 территории Евразийского континента, 14 –
населения мира, а с наблюдателями – большая часть населения планеты. В зоне
ответственности ШОС – богатейшие природные запасы, наивысшие показатели
экономического роста.
ШОС обладает особенностями, не свойственными другим региональным
интеграционным структурам, ее модель не похожа на ЕС, АСЕАН ни
пространственными масштабами, ни спектром задач. Предполагается, что это
будет некий особый мир без четко обозначенных границ, но пронизывающий все
планетарное пространство. Уже обозначился четырехугольник нового
миропостроения – Бразилия, Россия, Индия, Китай. В исламском ареале
просматривается треугольник, способный консолидировать различные ветви
ислама, - Иран, Саудовская Аравия, Турция. Эти и другие образования уже
связаны с ШОС.
Слабостью ШОС является отсутствие теории межцивилизационной
интеграции, концепции и алгоритмов структуризации гигантского пространства.
Пока два наиболее продвинутых направления развития сотрудничества в рамках
ШОС - экономика и безопасность. К сожалению, в странах ШОС еще не вызрели
теоретики интеграции - такие, как Жан Моне или Барри Бузан в Евросоюзе.
Небольшой по международным меркам путь, пройденный ШОС с момента
создания организации (15 июня 2001 г.), по-разному оценивается экспертами и
наблюдателями. Одни утверждают, что появилась очередная организация без
четких перспектив, к тому же дублирующая по задачам другие организации,
существующие в пространстве СНГ, такие, как Организация Договора о
коллективной безопасности (ОДКБ), Евразийское Экономическое Сообщество
(ЕврАзЭС). Другие более оптимистично смотрят на перспективы ШОС, считая
своевременным и актуальным создание ассоциации России, КНР и стран
Центральной Азии, представляя это также асимметричным ответом
форсированному росту влияния США в Евразии. Вне сомнения, позиция таких
держав, как Россия и КНР, является во многом определяющей в деятельности
ШОС.
Очевидно, роль России как региональной державы, геополитического
центра континентального уровня очень важна. Россия удерживает и по ряду
параметров наращивает свое присутствие в Центральной Азии. Различные
структуры с преимущественно экономическими или военно-политическими
задачами (ЕврАзЭС, ОДКБ, Единое экономическое пространство — ЕЭП)
поддерживают статус-кво российских позиций [12].
Для Российской Федерации участие в ШОС обусловлено, прежде всего, ее
интересом в укреплении своего геополитического присутствия в Центральной
Азии. Во-первых, это является одним из вариантов сдерживания центробежных
сил в рамках Содружества Независимых Государств (СНГ), ядром которого она
является. Во-вторых, Центральная Азия занимает приоритетное место во
внешней политике Москвы, и интересы России здесь представлены достаточно
широко. Однако пока еще слабые экономические возможности не позволяют
России значительно укрепиться в регионе, поэтому для противодействия любым
попыткам США и других государств усилить влияние на страны Центральной Азии
она использует свои военно-политические ресурсы в рамках Организации
договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и ШОС [13, с. 3-4].
Вместе с тем для многих игроков в Центральной Азии (США, Турция,
Индия, Иран, Япония и др.) особый интерес к ШОС обусловлен потенциальной
ролью КНР. Судя по тенденциям развития ШОС, для Пекина эта структура
становится одной из приоритетных. Внешнеполитическая концепция КНР
сравнительно гибко пытается учесть различные вызовы и угрозы безопасности,
которая видится в Пекине не только лишь как сугубо национальная. КНР,
наряду с политико-военными методами, пытается дополнить решение дилеммы
безопасности экономическими мерами. В этом контексте ШОС — один из ключевых
инструментов решения этой двуединой задачи. Можно предположить, что
Центральная Азия, выступавшая тылом для Пекина, способна стать в
перспективе, если не передовой (как АТР), то зоной повышенного интереса.
Подобный вариант развития событий не исключают китайские аналитики [14, с.
63-73].
Наиболее важным моментом участия в ШОС и России, и Китая являются их
общие геостратегические интересы. Оба государства используют Шанхайскую
организацию для координации схожих позиций по вопросу мирового порядка. И
Россию, и Китай не устраивает сложившаяся в международной системе
однополюсная система с США в роли гегемона. Именно противостояние гегемонии
США и является приоритетной внешнеполитической задачей России и Китая в
среднесрочной перспективе.
Как было отмечено в Совместной декларации, подписанной Президентом
России В. Путиным и Председателем КНР Ху Цзиньтао по итогам визита
последнего в Москву в мае 2003 г., Россия и Китай выступают за
многополярное, справедливое и демократическое мироустройство на основе
общепризнанных принципов международного права, за гармоничные и
рациональные взаимоотношения и сосуществование различных государств [15,
с. 27].
В углублении деятельности ШОС тактически заинтересованы и ее
центральноазиатские участники. Во-первых, для каждого из них Шанхайская
организация сотрудничества – необходимая платформа для разрешения вопросов
общих государственных границ, что положительно сказывается на обеспечении
безопасности государств.
Во-вторых, немаловажным для стран региона остается вопрос борьбы с
религиозным экстремизмом и терроризмом. В среднесрочной перспективе эта
проблема будет одной из самых актуальных для государств Центральной Азии. В
этой связи следует отметить перспективность сотрудничества в рамках ШОС.
Для Казахстана, Таджикистана, Кыргызстана и Узбекистана участие в
организации дает возможность привлечь военно-политические ресурсы как
России, так и Китая для отражения угроз, что является немаловажным,
учитывая ограниченные возможности первых.
В-третьих, центральноазиатские государства, участвуя в ШОС в качестве
полноправных членов, могут использовать организацию как инструмент для
создания баланса между Россией и Китаем, которые не скрывают наличия
жизненно важных интересов в регионе. Конкуренция между ними позволяет снять
риск, что форум будет проводить интересы и обеспечивать доминирование в
регионе какого-либо внерегионального центра силы. Более того, и Российская
Федерация, и КНР как постоянные члены СБ ООН обладают достаточно весомым
авторитетом на международной арене. Это создает определенную степень
гарантии того, что интересы государств Центральной Азии, все еще
недостаточно сильных в политическом и экономическом плане, будут
поддерживаться двумя влиятельными в Совете Безопасности державами.
В-четвертых, участие в ШОС дает возможность многостороннего сотрудничества
в сферах социально-экономического характера. Для молодых
центральноазиатских экономик опыт китайских экономических реформ является
неоценимым. Льготный и гибкий режим налогообложения, создание открытых
экономических зон, жесткое пресечение коррупции способствуют большому
притоку прямых инвестиций. Немаловажным является и сотрудничество в области
развития транспортных коммуникаций. Создание железнодорожных,
автомобильных, речных, авиационных коммуникаций, соединяющих Ассоциацию
государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) с Европой через Центральную Азию,
способствовало бы росту торговли и устойчивому экономическому развитию
государств региона. Развитие трансконтинентального коммуникационного
коридора на месте бывшего Великого шелкового пути очень важно и для Китая,
стремящегося получить доступ к нефтяным ресурсам прикаспийского бассейна и
найти новые выходы на рынки Европы. По мере роста китайской экономики
интерес Пекина к развитию транспортных коммуникаций через территории стран
Центральной Азии будет расти.
Помимо торговли и транспортных коммуникаций, участие в ШОС
предоставляет возможность дополнительного взаимодействия в экологической
сфере на приграничной территории, способствует разрешению проблем
трансграничных рек, миграции, проживания диаспор.
Саммит, проходивший 5 июля 2005 г. в Астане, стал самым политически
значимым форумом: впервые была четко выражена попытка создать региональный
центр политического влияния. Решения саммита продемонстрировали несколько
важных тенденций, которые и будут определять развитие ШОС в ближайшем
будущем.
Астанинская декларация является политическим документом ШОС нового типа. В
ней дана оценка работы всех структурных подразделений ШОС, определены
направления деятельности на год, даны оценки международного положения и др.
В Астане была также принята Концепция сотрудничества государств — членов
ШОС в борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, которую можно
расценить как попытку теоретического обоснования борьбы с тремя силами
зла.
В целом перспективное развитие ШОС будет осуществляться в рамках
поставленных саммитом основных задач, среди которых:
- усиление роли Секретариата ШОС, частичная реформа его
функционирования;
- учреждение института постоянных представителей государств-членов при
Региональной антитеррористической структуре (РАТС);
- завершение создания Делового совета ШОС;
- создание Фонда развития ШОС;
- дальнейшее развитие контактов с международными организациями.
Как видно из задач, продолжается процесс организационного становления
ШОС, совершенствуются его действующие органы и создаются новые. Это
свидетельствует о том, что участники ШОС стремятся довести процесс
дальнейшего структурного строительства до определенного логического конца
[16].
Кроме вопросов политической безопасности, поднимаются проблемы
безопасности экономической и культурной. Главной остается задача повышения
комплексного потенциала организации, стимулирования ее дальнейшего
развития. Без этого ситуация с безопасностью в ЦА сохранит
неподконтрольность и будет подвержена новым рискам и угрозам.
Вместе с тем необходимо отметить, что одной из причин резкой
активизации России и Китая в рамках ШОС в последние годы явилось
усиливающееся влияние США в ЦАР. Вследствие этого ШОС помогает сохранить
свои позиции в регионе на фоне роста американского влияния. Недаром В.
Путин и Ху Цзиньтао на саммите 2003 г. подтвердили свою приверженность
многополярному миру, что подразумевает сдерживание гегемонии США.
Китайские эксперты стараются не акцентировать внимание на антиамериканской
направленности деятельности ШОС. Так, заведующий отделом России и ЦАР
Шанхайского института международных исследований Чжао Хуашэн отмечает, что
военное присутствие США в ЦАР воспринимают как новый механизм
безопасности. Оно не обязательно выступает как альтернатива ШОС, но, по
крайней мере, поднимает вопрос о координации взаимоотношений между ними
[17, с. 13].
Политический консультант Шотландского центра международной
безопасности при Абердинском университете Роджер Н. Макдермот пишет:
масштабной геополитической задачей для некоторых государств ШОС является
укрепление этой организации и выведение ее на уровень, который позволил бы
противостоять проводимой США политике односторонности. Китай почти не
скрывает желания превратить ШОС в структуру, которая не нуждалась бы в
стратегическом присутствии США в Центральной Азии, в том числе на военных
базах в Кыргызстане и Узбекистане. Китайские лидеры считают, что
американские базы облегчают задачу потенциального геополитического
окружения Пекина. Чтобы избежать такого развития событий, Китай
настойчиво стремится усилить свое влияние на государства ЦАР. Кроме того,
китайские эксперты высказываются за существенное расширение зоны
ответственности — объединения ответственности за стабильность и
безопасность в более широком географическом масштабе, включая регион
Афганистана, Южной Азии и Кавказа [18, с. 63-64].
В то же время есть ряд моментов, которые могут оказать негативное
влияние на развитие организации. ШОС пока не в состоянии реализовать
заложенного в ней потенциала. Дело в том, что она объединяет страны с
весьма различным экономическим, военным и политическим потенциалом, что не
способствует осуществлению целого ряда проектов, требующих хотя бы
пропорционального финансового и материального участия членов ШОС.
Однако в последнее время некоторые аналитики склоняются к мысли о том,
что наряду с преимуществами участия стран Центральноазиатского региона в
ШОС имеются и некоторые издержки, связанные с политической ценой.
К примеру, казахстанский политолог М. Лаумулин отмечает, что на сегодняшний
день участие Казахстана в ШОС таит в себе больше вызовов и рисков, нежели
преимуществ. Основные угрозы организации для республики, по мнению ученого,
будут вытекать из характера китайско-российских отношений. С одной стороны,
опасно чрезмерное стратегическое сближение Пекина и Москвы, которое грозит
установлением двойного диктата этих держав в Центральной Азии (в том числе
в рамках ШОС). С другой стороны, представляет опасность и обострение
китайско-российского соперничества в регионе, которого нельзя исключать в
будущем.
М. Лаумулин подчеркивает, что поскольку внешняя политика Республики
Казахстан носит четко выраженный характер балансирования (так называемой
многовекторности), то ШОС создает дополнительные возможности для
контрбаланса в отношениях с Западом. Однако принятие излишних обязательств
в рамках ШОС, исходящих от России или Китая или навязанных ими, неизбежно
создаст трудности для Казахстана в плане балансирования между Москвой и
Пекином. В будущем может возникнуть ситуация, когда Астане придется
выбирать между ними [19, с. 34].
В то же время сложность данной ситуации придает то обстоятельство, что
страны Центральной Азии еще не выработали своей четкой позиции и
долгосрочной региональной стратегии. Непредсказуемость внешней политики
Узбекистана, открытое столкновение интересов крупных держав в Кыргызстане и
Таджикистане, политическая неопределенность будущего Туркменистана — все
это является следствием сложной и запутанной ситуации, в которой ныне
оказались страны Центральной Азии.
В целом создается впечатление, что в последнее время Центральная Азия,
обладающая большими запасами нефти и газа, перестала рассматриваться в мире
лишь как сырьевой регион и придаток стран — импортеров углеводородного
сырья. Сегодня нефть и газ Центральной Азии — это лишь видимая причина. В
действительности, Москва, Пекин и Вашингтон уделяют главное внимание
геополитическим аспектам присутствия в данном регионе, ради которых они
активно проводят свою политику в отношении стран региона. Даже далекая
Индия, судя по всему, стоит на пороге кардинального переосмысления роли и
значения Центральной Азии для ее геополитических интересов. При этом
основные мотивы противоречий и проблемных вопросов, связанных с
соперничеством внешних сил и влиянием этого обстоятельства на развитие
ситуации в регионе, как правило, не афишируются.
Таким образом, начальный этап функционирования ШОС демонстрирует, что
учредители организации пытаются отойти от традиционных схем международных
отношений, характерных для эпохи жесткого геополитического (военно-
политического) позиционирования. Важнейшей составной частью деятельности
организации становится противодействие нетрадиционным вызовам и угрозам,
использование мягких методов кооперативной безопасности, демонстративный
отказ от блокостроительства, консультации и переговоры как средство решения
взаимных вопросов. В целом перспективы организации будут зависеть во многом
от позиций КНР и России как ключевых участников ШОС, от их международной
политики, прямо или косвенно связанной с регионом Центральной Азии.
К настоящему времени ШОС стала авторитетной региональной организацией,
примером объединения нового типа. В перспективе, по мере укрепления
организации и расширения рамок ее геопространства за счет приема новых
членов и развития диалоговых механизмов на международном уровне, она может
стать существенным элементом будущей системы безопасности.
Подводя итог, можно было бы сослаться на экс-министра иностранных дел
Казахстана К.К. Токаева, который сказал, что нельзя не заметить, что
международное сообщество обращает внимание и на то, что встречи на высшем
уровне в рамках ШОС проходят регулярно, без сбоев. В этом мы видим глубокую
заинтересованность лидеров наших стран к тесному взаимодействию, образно
говоря - держать руку на пульсе адекватно меняющейся обстановке в мире
[20].

1.2 Основные факторы развития ШОС в среднесрочной перспективе

В ближайшие годы развитие ШОС будет складываться под влиянием ряда
факторов. Основными, среди которых станут: геополитическая ситуация в мире,
сотрудничество в области энергетики между крупными странами-экспортерами и
импортерами, входящими в ШОС, взаимодействие по вопросам региональной
безопасности, а также отношения в торгово-экономической сфере.
Развитие ШОС в среднесрочной перспективе специалистами-
международниками оценивается позитивно. Основанием для оптимистичных
прогнозов служит уже то обстоятельство, что все страны-участницы
географически близки, их связывает схожая история, общая культура, прочные
традиции дружественных контактов. Все страны — члены ШОС нуждаются в
сохранении стабильности и безопасности как внутренних, так и по периметру
внешних границ, интенсификации решения социально-экономических и иных
задач, совместном противодействии возникающим угрозам и вызовам их
существования (как в военно-политической, так и в гуманитарной, духовной,
экономической сферах), что придает организации дополнительную
востребованность.
Вместе с тем, серьезными препятствиями для ШОС как компонента
формирующейся азиатской безопасности остаются диспропорции в экономическом
развитии, размещении и состоянии дорожной и телекоммуникационной
инфраструктуры, различный уровень устойчивости национальных валют,
незавершенность политических преобразований в большинстве стран-участниц,
наличие таможенных и иных барьеров между ними, обостряющаяся проблема
незаконной миграции. Наконец, энергетический фактор способен сыграть как
позитивную, объединяющую роль (вспомним инициативу о создании
Энергетического клуба в рамках ШОС), так и спровоцировать обострение
отношений между крупными экспортерами и импортерами топливно-энергетических
ресурсов (Россия, Казахстан). Нельзя забывать и о столь важном и
потенциально конфликтообразующем факторе, как экологический.
Но самым главным препятствием для ШОС представляются противоречия в
определении приоритетов в работе организации между ее крупнейшими
государствами — Россией и Китаем. Если для КНР первостепенное значение
имеет вектор экономического сотрудничества, то для Российской Федерации
приоритетными остаются все же поддержание стабильности в регионе и борьба с
терроризмом и экстремизмом, незаконной миграцией, оборотом оружия,
наркотраффиком. И если страны-участницы будут поставлены перед выбором
между экономикой и безопасностью, то велика вероятность того, что не все
они вследствие неоднородности и различия в приоритетах политики выберут
один и тот же аспект. Это, безусловно, может привести к тупиковой ситуации.
Отсутствует единое мнение и в отношении приема новых членов организации:
кто-то настроен на прием (например, Россия), кто-то — категорически против
(Казахстан). Как верно замечает К. Л. Сыроежкин, в ШОС отсутствует
стабильность как в отношении между собой, так и нет единства в отношении
развития организации и ее приоритетов [21], что может иметь совершенно
непредсказуемые (в том числе и негативные) последствия.
Несмотря на отсутствие идеологической направленности, политическое и
экономическое сближение России, Китая и стран Центральной Азии в рамках ШОС
сегодня имеет структурное оформление и определенный вектор развития. Можно
сказать, что, стремительно набирая обороты, организация в своем дальнейшем
развитии выходит на финишную прямую и все наметившиеся геополитические
изменения постепенно приобретут устоявшиеся форму, содержание и перспективы
развития. По всей вероятности, на следующем этапе своего развития ШОС будет
развиваться по траектории заданного в Москве и Пекине геополитического
сценария, поскольку происходящие в регионе политико-экономические процессы
сегодня уже в состоянии задавать определенную направленность развитию
ситуации в регионе. События, связанные с выводом американских войск из
Узбекистана, и трения Вашингтона и Ташкента — просто хрестоматийный пример
того, как надо и не надо строить стратегию в отношении стран
Центральной Азии. В США, должно быть, многие уже признали, что допустили
стратегическую ошибку в данном направлении. По крайней мере, к таким
выводам можно прийти, если рассмотреть многочисленные статьи и
аналитические раскладки западных экспертов, посвященные данной теме. Так,
например, в книге Анатомия кризиса, выпущенной в 2006 г. в Вашингтоне
Институтом Центральной Азии и Кавказа при Университете им. Д. Гопкинса,
открыто указывается, что главной причиной ухудшения американо-узбекских
отношений и провала всей американской политики в отношении Ташкента была
изначально неправильно выбранная стратегия, подразумевавшая формальный и
нескоординированный подход в различных ведомствах США. Вместо того, чтобы
реально помочь И. Каримову в борьбе с собственными исламистами, —
суммируется в книге, — США постоянно раздражали его своей критикой в
области демократии и прав человека [22, с. 101].
Страны Центральной Азии, включая нейтральный Турменистан,
рассматривают геополитическую игру вокруг региона двояко. С одной стороны,
каждая из стран региона осознает безвыходность ситуации, когда богатый на
природные ресурсы регион неизбежно становится объектом пристального
внимания мировых центров силы — США, России и Китая. В этой ситуации им
ничего другого не остается, кроме как занять равноудаленную дистанцию от
основных центров силы, ныне активно вовлеченных в геополитические процессы
в регионе. Соответственно, практически все страны региона проводят схожую
политику, которую можно охарактеризовать как в целом промежуточную,
нацеленную на решение краткосрочных и среднесрочных задач. При этом
текущий, т. е. краткосрочный, вектор направленности развития их внешней
политики будет зависеть от позиции и политики США, России и Китая в
регионе. Поэтому ни о каком влиянии на внешнюю политику стран Центральной
Азии внутриполитических процессов в регионе говорить не приходится.
Наоборот, всякое изменение конфигурации в регионе является своего рода
ответной реакцией стран Центральной Азии на динамику изменения политики
внешних игроков в регионе. При этом главный тон задает эволюция
двусторонних отношений между странами Центральной Азии и внешними акторами
— США, Россией, Китаем.
С другой стороны, страны Центральной Азии на текущий момент заняли весьма
удобную выжидательную позицию, рассматривая вышеуказанных внешних игроков с
точки зрения соответствия их политики долгосрочным национальным интересам
стран региона. В этом отношении, естественно, требуется время, чтобы
определить потенциал и возможности, тактику и стратегию США, России и
Китая, активно претендующих на богатство и будущее региона. Смею
утверждать, что в экспертном сообществе стран Центральной Азии давно уже
бытует мнение, что пора бы уже США, России и Китаю прислушаться к мнению
самих центральноазиатских стран, прежде чем вырисовывать удобную для себя
геополитическую раскладку. И надо признать, различные эксперты и
правительства стран Центральной Азии активно прорабатывают альтернативное
видение будущего региона, вернее его возможного сотрудничества с внешним
миром. Мнения на этот счет, конечно, разнятся, но общность интересов все же
сформирована. Центральноазиатская общность интересов складывается из
следующих подходов:
Первый. Ни одна из великих держав, ведущая активную борьбу со своими
конкурентами и стремящаяся усилить свои позиции в Центральной Азии в ущерб
отдельным интересам Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана или
Туркменистана, в перспективе не будет иметь долгосрочного успеха в регионе.
Как известно, если не предпринять должных мер, то противопоставление
интересов между США, с одной стороны, и Россией и Китаем — с другой, будет
лишь способствовать активной экспансии влияния внешних сил в регионе. Такое
положение дел, разумеется, не может оставаться вне внимания самих стран
региона, поскольку противоборство в регионе не отвечает их долгосрочным
национальным приоритетам. Поэтому рано или поздно, но крен в сторону от
США, России и Китая все же будет прослеживаться и усиливаться, поскольку в
этом отношении для стран региона гораздо перспективным сегодня является
вовлечение в регион альтернативного направления Евросоюз — Япония. Именно
эти страны заинтересованы в осуществлении выхода стран региона на
глобальный рынок с более безопасными с точки зрения геополитических рисков
возможностями. Поэтому рано или поздно, но США, России и Китаю придется с
этим считаться и скорректировать свою политику. Центральная Азия еще не
сказала своего слова. Она ждет более прагматичного и надежного партнера.
Второй. Безусловным приоритетом для стран Центральной Азии в сфере
обеспечения безопасности, территориальной целостности и национального
суверенитета будет оставаться Россия. Россия была и остается стратегическим
союзником стран региона, с которым и правительства, и население связаны
давними и крепкими политико-экономическими и культурно-историческими узами.
Однако в Москве должны понять, что добрососедские и стратегические
взаимоотношения между этими странами и Россией в перспективе будут зависеть
от того, сможет ли Россия на равном и достойном уровне выстроить свои
отношения с новыми суверенными странами. При этом любые возможные
проявления негативных внешнеполитических тенденций в России, выраженные в
росте гегемонистских и реваншистских устремлений, будут снижать влияние
Москвы в регионе. И если Москве удастся сформировать целостную и
последовательную политику в духе равноправных союзнических отношений со
странами Центральной Азии, то ни о каком росте влияния и усилении позиции
Запада или Китая в регионе не может идти и речи. Слишком далек Запад и
слишком близок Китай, чтобы рисковать будущим всего региона. Вся эта
риторика относительно перспективности и необходимости дальнейшего развития
ШОС — всего лишь фантом, в который Китай так хочет верить, а Запад так
боится.
Единственное, на что сегодня следует обратить пристальное внимание в
странах Центральной Азии, — это возможные варианты развития ситуации в
регионе вследствие реализации планов Китая по расширению и развитию
экономического и энергетического сотрудничества в рамках ШОС и созданию в
данном регионе единого рынка. Необходимость этого заключается в том, что
формирующийся общий рынок между Китаем и странами Центральной Азии
свидетельствует о начале реализации масштабной и последовательной политико-
экономической стратегии Китая в регионе при сравнительно слабой
вовлеченности России. В результате сегодня можно наблюдать, как
приграничное с Китаем население Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана
испытывает на себе экономическую зависимость от китайского рынка, тесно
интегрируясь в него. В скором времени можно будет говорить о целых
приграничных регионах, для которых Китай станет центром экономического
притяжения и активности. Аналогичным образом идет активная экономическая
экспансия Китая и в приграничные российские регионы — Сибирь и Приморье.
В то же время сложность данной ситуации придает то обстоятельство, что
страны Центральной Азии еще не выработали своей четкой позиции и
долгосрочной региональной стратегии. Непредсказуемость внешней политики
Узбекистана, открытое столкновение интересов крупных держав в Кыргызстане и
Таджикистане, политическая неопределенность будущего Туркменистана — все
это является следствием сложной и запутанной ситуации, в которой ныне
оказались страны Центральной Азии.
В целом создается впечатление, что в последнее время Центральная Азия,
обладающая большими запасами нефти и газа, перестала рассматриваться в мире
лишь как сырьевой регион и придаток стран — импортеров углеводородного
сырья. Сегодня нефть и газ Центральной Азии — это лишь видимая причина. В
действительности, Москва, Пекин и Вашингтон уделяют главное внимание
геополитическим аспектам присутствия в данном регионе, ради которых они
активно проводят свою политику в отношении стран региона. Даже далекая
Индия, судя по всему, стоит на пороге кардинального переосмысления роли и
значения Центральной Азии для ее геополитических интересов. При этом
основные мотивы противоречий и проблемных вопросов, связанных с
соперничеством внешних сил и влиянием этого обстоятельства на развитие
ситуации в регионе, как правило, не афишируются [23, с. 17].
ШОС стремится к универсальности своих действий за счет выполнения различных
задач, однако пока, кроме сферы борьбы с терроризмом, не создала ни
законодательные, ни институциональные механизмы для их выполнения. Но
подобное стремление без должной подготовки способно привести либо к потере
эффективности всей организации, либо к неоправданным перекосам в конкретных
сегментах и программах сотрудничества.
В то же время у военного сотрудничества в рамках ШОС — хорошие
перспективы. Пока оно развивается не очень быстро, хотя отдельные
достижения есть: встречаются министры обороны, регулярно проводятся
совместные учения. Однако, по мнению специалистов, целесообразно предметно
рассмотреть вопрос о создании сил быстрого реагирования ШОС, способных
взять на себя полную ответственность за безопасность в регионе, с тем,
чтобы присутствие внерегиональных воинских контингентов для стабилизации
ситуации в Центральной Азии стало ненужным. Большие перспективы были бы и у
миротворческих сил ШОС. Дело в том, что присутствие как американских войск
(пусть под маркой антитеррористической коалиции), так и российских (в том
числе и под эгидой Организации Договора о коллективной безопасности)
воспринимается некоторыми кругами в государствах Центральной Азии с
опасением как попытки крупных держав установить или восстановить свое
влияние. Китайские войска в этом регионе также могли бы вызвать подобную
реакцию. В то же время те же российские и китайские войска как часть
миротворческих сил новой динамичной организации, в которой нет одной
доминирующей силы, воспринимались бы совершенно иначе.
Второе направление, по которому у государств — членов ШОС имеется
собственный и неизменно единый подход, — борьба с производством и сбытом
наркотиков. В этих государствах сложилось устойчивое мнение, что ситуация с
производством наркотиков в Афганистане с приходом ... продолжение

Вы можете абсолютно на бесплатной основе полностью просмотреть эту работу через наше приложение.
Похожие работы
Шанхайской Организации Сотрудничества
ШОС в системе международных отношений в Азии
Основные направления деятельности ШОС
Изучение перспективного участия Казахстана в ШОС и защита его национальных интересов
НАСТОЯЩЕЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ ШАНХАЙСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ СОТРУДНИЧЕСТВА
Шанхайская Организация Сотрудничества – современная модель регионального сотрудничества
Интересы России и политический аспект казахстанско-российского стратегического партнерства.
Шанхайская Организация Сотрудничества
Развитие двустороннего сотрудничества Казахстана и Китая
РАЗВИТИЕ ИНТЕГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ
Дисциплины