Развитие отношений и перспектив сотрудничества Республики Казахстан со странами Магриба


Тип работы:  Дипломная работа
Бесплатно:  Антиплагиат
Объем: 84 страниц
В избранное:   
Цена этой работы: 1900 теңге
Какие гарантий?

через бот бесплатно, обмен

Какую ошибку нашли?

Рақмет!






ПЛАН

Введение

ГЛАВА 1. Магриб: вехи истории
1. Магриб и магрибистика в XIX - XX в.
1.2. Магрибско-казахстанские отношения в период Российской империи и
Советского Союза.

Глава 2. СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ развития сотрудничества СТРАН СЕВЕРНОЙ
АФРИКИ (МАГРИБА).
2.1. Практические аспекты развития системы партнерства в обеспечении
международного сотрудничества Казахстана и стран Магриба.
2.2. Развитие отношений и перспектив сотрудничества Республики
Казахстан со странами Магриба.

Заключение

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Введение

Актуальность данной работы. В системе международных отношений в
последние десятилетия произошли серьезные структурные сдвиги, обусловленные
окончанием холодной войны, конфронтации двух мировых держав и их
стратегических союзников. Эти изменения предопределили сотрудничество
различных государств в разрешении глобальных международных проблем, отход
от силовых методов и выдвижение на первый план мирных, компромиссных,
средств урегулирования кризисных ситуаций в разных уголках земного шара.
Однако глобальные перемены на мировой арене не привнесли спокойствия
и гармонии в международные отношения, более того, многие аналитики отмечают
определенную хаотичность современных международных процессов. В XXI век
человечество вступило с неурегулированными региональными конфликтами,
локальными войнами, тяжелым экологическим наследием, не утихающими
религиозными и этническими спорами. Все указанные явления имеют место на
Ближнем и Среднем Востоке.
Ряд специалистов-международников полагают, что в ближайшем будущем
регион, образующий своеобразную подсистему международных отношений, ожидают
кардинальные изменения всего базиса ближневосточного порядка, когда на
смену арабской эксклюзивистской системе, исключающей из этого порядка
Израиль, Турцию, Иран, придет иная система региональных международных
отношений, учитывающая возникновение новых центров силы неарабского
происхождения, которые наряду с Египтом, Ираком, Саудовской Аравией
(арабские центры силы) займут свое место под солнцем и будут оказывать
определяющее влияние на региональные процессы.
Своеобразие арабского мира состоит, с одной стороны, в его
существовании в виде совокупности более двадцати государств, едва ли не
каждое из которых имеет и поощряет собственный, узкий, вариант
национализма, и как следствие – его явная разобщенность; с другой стороны,
наличие множества транснациональных, пронизывающих весь обширный арабский
регион черт и особенностей, основанных на языковой общности (хотя и
разрозненной на диалекты), историко-культурном наследии, исламском
факторе, осознании общности арабских интересов в массовом сознании, для
которых государственные границы – не препятствие; наличие проблем,
способных одновременно и вызвать живой отклик в разных уголках арабского
мира, и породить ожесточенные споры, раскалывающие этот мир.
Особую и весьма сложную для исследования тему представляют
межарабские отношения. Под данным термином понимается внешнеполитическая
деятельность арабских государств в рамках ближневосточного региона, включая
их позицию по ближневосточному кризису и перспективам его урегулирования, а
также деятельность по линии межарабских организаций и межгосударственных
отношений.
Обратим внимание на то, что межарабские политические отношения в
значительной степени традиционно являли собой столкновение воли и амбиций
честолюбивых лидеров. Отсюда повышенная роль субъективного подхода,
единоличного волевого решения, которое может принять лидер, учитывая одни
соображения и обстоятельства и пренебрегая другими. Наличие вождя, отца
нации превратилось в политическую традицию во многих арабских странах, где
фигура харизматического лидера порою заслоняет стоящую за ним систему
государственной власти.
Значительный интерес представляет вопрос о том, какие шаги
предпринимали и предпринимают страны региона, чтобы ответить на вызовы
глобализации и занять достойное место на международной арене.
Особой сферой интересов ЕЭС является близко расположенные и
обладающие разнообразными сырьевыми ресурсами страны Магриба: Алжир, Тунис,
Марокко, Ливия, Мавритания. Западноевропейским монополиям нужны нефть, газ,
фосфаты, железная руда, сельскохозяйственное сырье и т.п. Поэтому страны
Магриба, как и некоторые другие страны Африки, объявляются сферой их
жизненных интересов. Экспорт капитала, независимо от его разновидностей,
продолжает сохранять эксплуататорский характер, отражающий общие интересы
центров мирового капитализма в лице ТНК.
В противовес экспансионистским замыслам западноевропейских монополий
ВО, в том числе страны Магриба, разрабатывают свои программы становления
народного хозяйства. Они прилагают усилия, направленные на противодействие
тенденциям, которые дестабилизируют их экономику и сдерживают продвижение
по пути к экономической независимости. Они переходят также к защите своих
суверенных прав, требуя дальнейшего пересмотра всей системы международных
экономических отношений, В стремлении укрепить свою независимость, добиться
равноправного положения в системе МЮС особое место в реализации этих планов
отводится различным политико-экономическим группировкам.
В феврале 1989 г. был создан Союз стран Арабского Магриба (САМ), в
который вошли Алжир, Тунис, Марокко, Ливия, Мавритания, реализовавшие,
наконец, стремление своих народов проводить согласованную политику в
области экономики и других сфер общественно-политической жизни. Целью
создания САМ является также совместная выработка направлений сотрудничества
стран Магриба с Европейским Сообществом.
Необходимость изучения всего комплекса внешнеэкономических,
политических, культурных отношений стран Магриба с Республикой Казахстан,
изучение новых направлений в этих областях, предопределили выбор автором
темы исследования и ее актуальность.
Настоящая работа ставит своей целью работы является изучение места и
роли экономических, политических и культурных отношений с Республикой
Казахстан в развитии отношений со странами Магриба, а так же исследование
основных проблем обеспечения пролонгирования отношений и выработку
рекомендаций по важнейшим аспектам осуществления отношений.
Эта цель предполагала постановку следующих основных задач:
- выявить причины направленности хозяйственных связей стран Магриба на
Республику Казахстан;
- проанализировать структуру торгово-экономических, культурных
отношении между странами Магриба и Республики Казахстан Западной;
- исследовать проблемы взаимоотношений двух стран
- проанализировать развитие хозяйственных связей стран Магриба с
Республикой Казахстан;
- охарактеризовать условия формирования и основные этапы
сотрудничества в экономической , политической и культурных сферах;
- обосновать роль кросс-культурных коммуникаций как важного аспекта
развития системы партнерства в обеспечении международной экономической
безопасности;
- оценить возможности российского предпринимательства в сфере
внешнеэкономических связей с государствами Магриба;
- исследовать перспективы сотрудничества со странами Магриба.
Теоретической я методологической основой работы явились научные
исследования по проблемам внешнеэкономических, политических и культурных в
трудах российских, казахстанских, а также зарубежных ученых, программные
документы государственных органов стран Магриба в этих областях.
Объект исследования - страны, образующие Союз Арабского Магриба:
Алжир, Ливия, Мавритания, Марокко, Тунис.
Предмет исследования - особенности процесса и проблемы международных
отношений между Республикой Казахстан и странами Магриба.
Библиография, источники, монографии, работы общетеоретического
характера. Большой вклад в анализ специфики процессов социально-
экономического развития арабских стран внесли: Р.И. Беккин, Н.В. Жданов,
А.Ю. Журавлев, М. Кемпер, А.Д. Ларионов, Л.Л. Фитуни, многочисленные
публикации Института изучения Израиля и Ближнего Востока, Института
Востоковедения РАН.
Теоретическую основу исследования составили положения экономической
теории и науки о международных экономических отношениях; законодательные и
нормативные акты органов государственного управления, регламентирующие
обеспечение международных отношений Казахстана. Научные труды современных
отечественных и зарубежных исследователей, участвующих в научных дискуссиях
по проблемам трансформации современного мира, а также ученых-специалистов в
области экономической безопасности и анализа развивающихся стран.
Методы исследования определялись целями и задачами работы и
включали: теоретический анализ и синтез, абстрагирование и конкретизацию,
дедукцию и индукцию, традиционные методы экономического анализа, методы
рейтинговой оценки.
Исходной информацией послужили информационно-статистические данные
Государственной службы статистики РК, справочные издания ООН, ЮНКТАД,
ЮНИДО, МВФ, Всемирного банка, информационные ресурсы, размещенные в сети
Интернет, а также результаты собственных исследований и наблюдений.

ГЛАВА 1. Магриб: вехи истории
1.1.Магриб и магрибистика в XIX - XX в.
Аль-Магриб. С этим названием связан целый ряд североафриканских
стран . Алжир, Тунис, Марокко, Ливия и Мавритания. Название Аль-Магриб эти
страны получили в период завоевательных походов арабов. В переводе с
арабского Аль-Магриб – “страна, где заходит солнце”, или “Запад”.
На протяжении многих веков народы стран Магриба вели борьбу с
завоевателями, отстаивали свои политические и экономические интересы.
Берберы, римская оккупация, романизация, вандалы, Византия, арабы, турки,
французское колониальное владычество – все это страницы длительной и
сложной истории этого края.
Первые сведения о жителях этого района Северной Африки появились в
конце IV тыс. до н. э. Об этом упоминают древнеегипетские памятники
письменности. В этот период древним египтянам приходилось сражаться против
воинственных ливийцев – лебу на своих западных границах. И в последующие
столетия народы пустыни продолжали играть заметную политическую роль в
истории Египта. Так на рубеже II-I тыс. до н. э. Ливийцы смогли в конце
концов установить свое господство в Северном ( Нижнем ) Египте и даже
основать свою династию. ЕЕ родоначальником стал Шешонк I.
С конца II тыс. до н. э. благодаря дальним плаваниям смелых и
предприимчивых финикийских мореплавателей появляются первые известия о
западных районах Африки, которые при всем их полумифическом характере можно
было считать вполне исторически достоверными. История самой финикийской
колонизации антлантического побережья Береберии может быть восстановлена
сегодня лишь в самых общих чертах. Так во многих работах по доисламской
истории Марокко говорится лишь о том, что выходцы из финикийского г. Тира в
конце II тыс. до н. э. основали свою первую колонию на атлантическом
побережье Марокко – г. Ликс, который должен был стать главной базой, куда
бы поступало золото Судана. Но столь далекое поселение не могло
существовать без надежной связи с центром, и надо отметить, что такая связь
была налажена через многочисленные фактории финикийцев, разбросанных по
всему побережью Магриба – от Ситра до Геракловых Столпов. Главным узлом в
этой сети факторий стал Карфаген, основанный около 814 г. до н. э. (или по
другим источникам в 825 г. до н. э.) на средиземном побережье легендарной
принцессой из г. Тира Дидоной ( Элисой ). Карфаген устанавливает свой
протекторат не только над финикийскими колониями, но и на всем Западном
средиземноморье. В VII – VI вв. до н. э. Карфаген оказался перед
необходимостью бросить все свои силы, чтобы воспрепятствовать возраставшему
влиянию эллинов в Западном Средиземноморье и отстоять свои политические и
экономические интересы. Несмотря на это влияние греков на западе продолжало
расти. В VII в. до н. э. на территории нынешней Киренаки (Ливия) возникли
греческие колонии, а само название страны Ливии произошло от
древнегреческого слова “Libia”, которым греки называли Северную Африку.
Постепенно греческое влияние распространилось по всей обширной империи
Карфагена, включая и Магриб.
Надо отметить , что в IV в. до н. э. на базе межплеменных федераций
сложились три мощных берберских царства: Мавритания – на севере
современного Марокко, а также два крупных племенных союза массилов и
масесилов в Нумидии, территория, которая простиралась от р. Милуя на западе
до границ Карфагена на востоке (современная территория Алжира). После
смерти царя массилов Сифакса оба эти царства были объединены Масиниссой в
201 г. до н. э.
Падение и разрушение Карфагена в 146 г. до н. э. послужило активному
внедрению Рима на территорию Северной Африки. Но решительное
противодействие берберских царей – агеллидов не позволило римлянам
полностью подчинить себе всю Северную Африку и включить ее в PAX ROMANA. Но
тем не менее под властью Рима оказались богатейшие колонии Карфагена, а
Нумидия после того, как царю Югурте не удалось отразить натиск римлян стала
провинцией Рима.
Отдельного описания заслуживает судьба Мавритании. Вероятно, после
смерти Бокха I (около 70 г. до н. э.) Мавритания была разделена на два
царства: в Западном, со столицей в Тингисе, стал править Богуд, а в
Восточном – у границ Нумидии, власть унаследовал Бокх II. В середине I
столетия до н. э. оба правителя оказались вовлеченными в острую
политическую схватку, приведшую к гражданской войне между Юлием Цезарем и
его противниками (49 – 45 гг. до н. э.). Встав на сторону Цезаря, цари
Мавритании смогли существенно укрепить свои позиции в Берберии и расширить
собственные владения на Востоке. В 40 г. н. э. в Мавритании вспыхнуло
массовое восстание против римского господства. Это движение, вошедшее в
историю как “война Эдемона” (40-44 гг.) по имени возглавившего его
вольноотпущенника Птоломея, быстро достигла племен Среднего Атласа, всерьез
угрожая интересам Рима в Береберии. После разгрома в 44 г. восстания
Эдемона, император Клавдий принял решение реорганизовать Мавританию. Отныне
она была разделена на две обширные провинции:  Мавританию Тингитанскую с
центром в Тингисе (совр. Танжер) и Мавританию Цезарейскую с центром в г.
Цезарея (совр. Шершель). Тингитана, т. е. север современного Марокко
становится с этого времени жизненно важной хозяйственной областью Рима,
одной из ее богатейших житниц. В 285 г. при императоре Диоклетиане ( 284 –
305 гг. ) Тингитана была административно присоединена к диоцезу Бетика (
Испания ), а в эпоху поздней империи ( Доминанта ) границы Тингитаны были
существенно изменены. Теперь они сместились на север, к линии Уэд Луккос –
Уэд Лао, в результате чего территория римской Тингитаны уменьшилась в 10
раз.
В начале V в. н. э. усилили свой натиск на Римскую империю племена
вандалов. Возглавляемые Гензерихом, они в 429 г. вторглись в Северную
Африку и начали продвигаться на восток вдоль побережья. Столетнее
господство вандалов, основавших в Северной Африке феодальные королевства,
было  сметено нашествием войск могущественной Византийской империи. Летом
533 г. громадный византийский флот отправился к берегам Северной Африки. Из-
за полнейшей полководческой бездарности вождя вандалов Гелимера Вепазарто
(предводитель византийской армии) удалось одержать ряд побед и завоевать
владения вандалов. Однако, когда византийский император Юстиниан I решил
покорить племена берберов, те оказали самое отчаянное сопротивление. В
конечном итоге под властью Византии оказались только приморские районы, на
остальной же территории племенной уклад жизни продолжал оставаться
практически неизменным.
Начавшаяся тринадцать столетий назад, исламизация Северной Африки 
имела колоссальные последствия для всей ее последующей истории. Между тем
именно здесь, на западе, за тысячи миль от родины ислама новая религия
встретила наиболее ожесточенное сопротивление.
Решающие завоевания в Северной Африке произошли в эпоху Омейядов.
Еще в 34 г. хиджры ( 654 –655 гг. ), при Османе, свой первый поход на
Ифрикийю совершил Муавийя ибн Худайдж. Позже в 40 г. х. (660 – 661 гг.) и в
45 г. х. (у ибн Абдаль-Хакама – в 50 г. х.), он возглавил еще две
экспедиции на запад, разбив византийцев в Бизацене ( Южный Тунис ). Также
первые походы связаны с именем знаменитого полководца Окбы ибн Нафи. В 670
г. им был основан Кайруан – первый оплот новой веры в Восточном Магрибе. В
681 г. Окба выступает из Кайруана в новый поход на запад. После
изматывающих рейдов в глубь Магриба он достиг моря. Сам факт выхода Окбы к
“морю”, под которым чаще всего принято подразумевать Атлантический океан,
всерьез оспаривается многими учеными. Более вероятно, что, пройдя по
центральному Магрибу, Окба достиг берега Средиземного моря.
Между тем, как говорилось выше, берберы оказывали арабам сильное
сопротивление. Так в 78 г. х. (697 – 698 гг.) получило новый размах
восстание берберских племен под руководством легендарной царицы Аураса,
прозванной арабами Кахина, т. е. “Пророчица”. Она смогла нанести серьезное
поражение войскам наместника Магриба Хассана ибн ан-Нумана, который был
вынужден отступить в Триполитанию. Вернувшись вскоре в Ифрикийю, Хассан
отбил у византийцев Карфаген (698 г.) и основал неподалеку от него новый
город Тунис (будущая столица Туниса), ставший важным военным портом арабов,
а в 703 г. он наносит решающий удар по царице Аураса.
Около 699 г. наместником в Кайруан был назначен Муса ибн Нусайр,
продолживший начатое дело Окбы – освоение дальнего Магриба. Ему удалось
подавить сопротивление местных оседлых и кочевых племен и занять Танжер.
Повсеместно, вплоть до Суса на юге, берберы силой обращались в ислам.
Фактически Муса ибн Нуйсар и стал первым завоевателем Дальнего Магриба. Его
конница прошла по всей территории Магриба. Признав под угрозой оружия
господство арабов и приняв их веру, берберы тем не менее очень скоро
почувствовали на себе усиление гнета со стороны этих единоверцев, которые
отнюдь не желали терять столь богатый источник пополнения казны на “Дальнем
Западе”. Халифы Дамаска стали требовать от своих наместников в Кайруане
ужесточения налогового режима для запада Берберии и Испании. В 739 г. на
атлантическом побережье – от Танжера до Суса – прокатились сильные
восстания, идеологической оболочкой которых стал хариджизм – одно из первых
религиозно-политических течений в исламе. Первые выступления хариджитов
произошли еще в 721 г. в районе Танжера. Одновременно другой очаг
сопротивления хариджитов (суфитского толка) складывался в Сиджильмасе
(Тафилальт). Эмираты Сиджильмасы поддерживали тесные отношения с
хариджитскими центрами в других районах Магриба: С ибадитским имамом
Рустамидов в центральном районе Алжира (762 – 909 гг.) и с суфритами
Тлемсена (на западе Алжира).
Выступления хариджитов основательно расшатали позиции халифата на
западе. Причины этого движения носили не столь национально-освободительный,
сколько социально-политический характер. Размах народных выступлений под
знаменами хариджизма в Магрибе, по мнению многих ученых, достиг таких
размеров, что уже ко 2-й половине VIII в. халифат не мог контролировать
западные территории Магриба. Т. е. Дальний Магриб стал фактически
независимым от Центра. В это время территория современного Марокко
представляла собой набор разбросанных мусульманских, в основном
хариджитских эмиратов: Сиджильмаса, бергвата Шауйи, Танжер, Сеута, Сеута и
Накур  (совр. Аль-Хосейма). В конце VIII в. еретические общины-государства
хариджитов подчинились шиитской династии Идрисидов, а еще позже –
Фатимидам, пока наконец на рубеже XI – XII вв. их не уничтожили
Альморавиды.
С уходом Фатимидов, чьи позиции в Дальнем Магрибе никогда не были
достаточно прочными, а также с ослаблением кордовских Омейядов, Марокко
вступило в полосу самостоятельного рвзвития. Этот период в истории Марокко
ознаменовался появлением двух блистательных империй Магриба: Альморавидов и
Альмохадов. Основоположником династии Альморавидов стал Ибн Йасин, который
решил основать самостоятельную колонию, где бы воцарился дух настоящего
ислама и которая стала бы образцом благочестия для неверующих. Такая
колония-обитель была создана в виде укрепленного лагеря – рибата ( араб.:
“узел”, “форпост” ) на одном из островов в низовьях р. Сенегал. Число
обитателей этого рибата ( аль-мурабитов , или в испанской транскрипции
альморавидов ) начало стремительно расти за счет сочувствующих, которые
прибывали туда из разных племенных фракций кочевников.
В 1054 г. из рибата выступила первая крупная экспедиция, в
результате которой Альморавидам удалось захватить “еретический” город
Аудагост, подчинявшийся правителю Ганы. В том же году был нанесен удар по
хариджитской Сиджильмасе, которая была окончательно подчинена Альморавидам
в 448 г. х. ( 1056 – 1057 гг. ). Политическая и религиозная раздробленность
Дальнего Магриба делала его наиболее привлекательным объектом завоевания, и
Альморавиды направили все свои силы на север. На первом этапе своей
завоевательной экспедиции Альморавиды захватили столицу Суса – Тарудант и
покончили с местным эмиратом исмаилитов-масмуда, созданным Фатимидами.
После смерти Ибн Йасина завоевание Марокко продолжил его приемник – Йусуф
ибн Ташфин, с именем которого связана история рождения гигантской империи
на западе мира ислама.
Последние Альмохады реально контролировали лишь области Дальнего
Магриба. В Испании мусульмане удерживали небольшую гористую местность в
районе Гранады, где с 1232 г. утвердилась династия Насиров. В 1233 г.
король Аргона захватил Балеарские острова. На востоке в 1236 г. отказался
признавать сюзеренитет Муминидов наместник Ифрикийи Абу Хафса Омара. На
северо-восточных рубежах Марокко в 1235 г. появляется самостоятельное
государство Абд аль-Вадидов со столицей в Тлемсене.
Наследниками альмохадских владений становятся Мериниды – династия
зенатского племени бену марин. Оттесненные из Восточного Марокко нашествием
хиляльцев бену марин в течение некоторого времени вынуждены были кочевать.
Как и бену зайан, они приняли участие в походе аль-Мажура в Испанию. За
свою доблесть в битве при Анаркосе в 1195 г. они получили в безвозмездное
владение земли вдоль Уэд Мулуи. С 1214 г. Мериниды начинают совершать свои
набеги на север Марокко. В 1217 г. они разбивают Альмохадов в Сайсе и,
подвергнув разграблению окрестные деревни, возвращаются на восток. В 1245
г. под командованием Абу Нахьи Абу Бекара они берут Мекнес, а в 1248 г. –
Фес и Рабат. Тогда же ими были изгнаны из  Тазы Зайаниды. Осенью 1269 г.
преемник Абу Йахьи Абу Йусуф Йакуб вступил в столицу Альмохадов Марракеш.
Правда, в Тинмеле – гнезде Альмохадов сопротивление Меринидам продолжалось
еще почти семь лет. В военно-политическом отношении сфера влияния новой
династии Меринидов значительно уступала их предшественникам. Вся дальнейшая
история Меринидов протекала в непрерывных войнах по обе стороны пролива.
Эти войны были вызваны желанием Меринидов стать властителями всего Магриба.
Экономический упадок стран Северной Африки, находившихся в XV в. в
состоянии феодальной раздробленности и междоусобных войн, ослабили силу их
сопротивления вторжениям из вне.
 Первые европейские вторжения, имевшие своей целью территориальные
захваты в Северной Африке, были совершены в Марокко. В 1415 г. вооруженные
отряды португальцев заняли город Сеуту, а во 2-й половине XV в. они
захватили ряд важнейших населенных пунктов, в том числе Танжер (в 1471 г.).
В начале XVI в., обосновавшись во многих пунктах Северного Марокко и на его
атлантическом побережье, построив ряд укрепительных пунктов на захваченной
территории, португальцы начали предпринимать грабительские экспедиции
внутрь страны, иногда проникая до Марракеша.
В самом конце XV в., после окончания реконкисты в Испании,
воинственные идальго под видом продолжения “богоугодной войны” против
“неверных” – мусульман, стали нападать на страны Северной Африки. Уже в
первое десятилетие XVI в. испанские войска захватили некоторые важные
города Североафриканского побережья. В Марокко они разместили гарнизоны в
Мерс-аль-Кебире и в Оране, в Алжире они захватили остров, расположенный
около города Алжир, затем завоевали Буже и Тенес и обложили их данью. В
Триполитании испанские войска летом 1510 г. взяли штурмом город Триполи.
Опираясь на захваченные ими пункты на побережье, испанцы распространили
свое господство на ряд внутренних районов. Так, в Марокко, испанцы
установили протекторат над Телемсенским государством – одним из наиболее
сильных в то время в Северной Африке.
В начале XVI в. в Северной Африке появились новые завоеватели –
турки, пришедшие сюда из Восточного Средиземноморья. Первым завоевателем
был Хайреддин Барбаросса. Он вмести со своими пиратскими шайками
обосновался в Алжире и объявил его присоединенным к владениям турецкого
султана Селима I. Крупные подкрепления дали возможность Хайреддину
произвести крупные завоевания в Северной Африке. Начиная с 1518 г. он
захватил многие крупные портовые города Колло, Шершель. Турки проникли
также во внутренние районы Алжира, завоевали Константину и обложили
податями некоторые племена горной Кибилии. В 1529 г. они окончательно
утвердились в г. Алжире. Наместником в Алжире был паша с титулом бейлер-
бея. Важной политической силой были также и алжирские янычары, которые
добились того, что из их среды назначался дей, фактически правивший Алжиром
под номинальным сюзеренитетом турецкого  султана.
В этот период обостряется борьба между турками и европейцами за
территории в Северной Африке. Так в Тунисе испанцы, используя феодальные
междоусобицы, возвели в 1535 г. на престол одного из хафсидского эмира,
который признал себя вассалом Карла V. Однако позднее во внутренних
областях Туниса развернулось восстание против испанского ставленника, и
разгорелась междоусобная война между местными племенами. Алжирские турки,
вполне освоившие область Константины не преминули воспользоваться смутой в
соседней стране и установить свою власть в Тунисе. В Триполитании,
пустынной стране с редкими оазисами и немногочисленными городами на
побережье, борьба между европейцами и турками происходила за единственный
город - Триполи (1510 – 1530 гг. город принадлежит европейцам, с 1530 по
1550 гг. – мальтийским рыцарям и с 1551 г. туркам).
Таким образом, три страны Северной Африки – Алжир, Тунис и
Триполитания стали турецкими владениями, которые впрочем, с XVII в.
являлись чисто номинальными. При турецком господстве политическая история
этих стран характеризовалась бесконечными распрями различных группировок
феодалов, которые вели борьбу между собой за отдельные территории.
Что касается Марокко, то там нашлись силы, которые оказались в
состоянии противостоять захватам европейцев и остановить продвижение турок.
Между тем в Марокко за это время сменилось две династии. В 1554 г. пришла к
окончательному падению династия Маринидов. А с 1544 г. в Марокко правила
династия шерифов, власть которых распространялась на всю страну. Во второй
половине XVI в. и в начале XVII в. марокканцы не только одержали
решительные победы в борьбе с португальцами и алжирцами, но и совершили
завоевания в Западном Судане и дошли до Сенегала. Магриб явился не только
одним из первых объектов французской колониальной экспансии в Африке, но и
воротами, через которые эта экспансия распространилась на другие страны
континента.
 Еще в 1830 г. французская армия вторглась в Алжир, однако прошло
больше двух десятилетий, пока Франция в кровопролитной войне против
алжирского народа утвердила в стране свое колониальное господство.
Следующим объектам колониальных притязаний стал Тунис. Захват Туниса
Францией в 1881 г. вызвал восстание, охватившее почти всю страну. Только
после тяжелой войны колонизаторы сумели сломить сопротивление тунисского
народа.
В Северной Африке к концу XIX в. только Марокко еще сохранило свою
независимость. Это объясняется главным образом тем, что острое
соперничество между несколькими европейскими державами не позволило ни
одной из них установить свое господство над страной, занимавшей
стратегическое положение.
Марокканский султанат уже в течение длительного времени разделялся
на две зоны: в одну входили главные города и их окрестности, действительно
контролировавшиеся султанским правительством, в другую – область,
населенная племенами, не признавшими власть султаната и нередко
враждовавшими между собой. На территории Марокко находились захваченные
Испанией еще в XV в. города Сеута и Мелилья. После того, как Франция
укрепилась в Алжире и Тунисе, начала активно проникать в Марокко. В марте
1912 г. Франция навязала Марокко договор о протекторате.
В Марокко и Тунисе внешне сохранялись местные правительства,
которые, однако, целиком подчинялись французским генеральным резидентам. Но
сущность была одна: все три страны были превращены в источники сырья для
Франции и в рынки сбыта французских товаров.
К концу I Мировой войны большая часть территории Марокко еще
фактически не была захвачена колонистами. Именно на непокоренных
территориях возникло движение свободолюбивых племен за сохранение
независимости своей родины.
В 1920 г. Испания сделала попытку захватить горную область Риф,
богатую полезными ископаемыми. Но в июле 1921 г. испанские войска потерпели
поражение от рифской армии, возглавляемой Абд аль-Керимом. В сентябре 1921
г. двенадцать рифских племен объединились и организовали независимую
республику Риф. Президентом и председателем собрания был избран Абд аль-
Керим. В сентябре 1925 г. началось объединенное франко-испанское
наступление, рифы героически сопротивлялись, но силы были  неравные. В мае
1926 г. Рифская республика потерпела поражение.
Начиная с 30-х годов, в испанскую зону Марокко началось
проникновение фашистской Германии. В сентябре 1938 г. вспыхнуло крупное
антифашистское восстание. Действовавшая в Испанской зоне Марокко Партия
национальных реформ призвала население к борьбе за независимость. С 1919 –
1939 гг. в Алжире не стихают народные волнения. Под руководством
коммунистической партии Алжира проводятся массовые выступления против
французских колониальных войск. Напряженная международная ситуации перед
началом II Мировой войны поставила новые задачи перед национально-
освободительным движением в Алжире. В конце 1938 г. комитеты народного
единства провели большую компанию против притязаний Гитлера на Северную
Африку. С июня 1940 г., после поражения Франции, в Алжир прибыли германо-
итальянские войска, которые фактически и стали новыми хозяевами страны.
Алжир был превращен в источник снабжения Германии и Италии продовольствием
и сырьем.
Битва на Волге, оттянувшая огромные силы немецко-фашистской армии,
дала возможность англо-американским войскам произвести в ноябре 1942 г.
высадку в Северной Африке и изгнать немецко-итальянскую армию из Алжира,
который стал базой вооруженных сил союзников. В феврале 1943 г. ряд
алжирских буржуазных деятелей составил “Манифест алжирского народа”,
который содержал требование проведения демократических реформ и
провозглашения республики, но эти требования были отклонены.
Национально-освободительное движение в Тунисе против французского
господства после I Мировой войны было ознаменовано созданием в 1920 г.
партии национальной буржуазии – “Дустур”. Она приобрела большую
популярность благодаря своей борьбе с колониальным гнетом.
Во время II Мировой войны на территории Туниса развернулись боевые
действия между союзниками и немецкими войсками. В ноябре 1942 г. страна
была оккупирована гитлеровцами. После разгрома немецко-фашистских войск на
Волге союзные войска в мае 1943 г. изгнали гитлеровскую армию из Туниса.
 После II Мировой войны начался подъем национально-освободительного
движения, закончившийся достижением национальной независимости. Но в каждой
стране пути завоевания независимости были различными. Франция, ослабленная
после II Мировой войны, не имела сил сражаться сразу на три фронта, против
народов всех трех стран Магриба, поднявшихся на освободительную борьбу.
Поэтому французское правительство решило в 1956 г. предоставить
независимость Марокко и Тунису, но любыми средствами удержать Алжир из
экономических и политических убеждений. Но алжирский народ не хотел
мириться со своим бесправным положением и в результате восьмилетней
героической войны добился в 1962 г. национальной независимости.

1.2. Магрибско-казахстанские отношения в период Российской империи и
Советского Союза.
Для многих поколений советских людей, как, наверное, и для
большинства жителей Восточной Европы, слово "Магриб" чаще всего
ассоциируется с манящей экзотикой дальних странствий, духом волшебных
легенд и захватывающих приключений. Конечно же, причиной тому - отрывочные,
буквально вскользь, упоминания об этом загадочном крае и его обитателях,
которые оседали в нашей памяти после чтения "арабских сказок" "Тысячи и
одной ночи", где редкая интрига обходилась без участия коварного
"магрибинца". Возможно, и сегодня не один школьник сможет припомнить, что в
Алжире, у корсаров "Варварийского берега" пять долгих лет провел в плену
великий автор романа о рыцаре печального образа Мигель де Сервантес
Сааведра; что пираты из марокканского порта Сале захватили когда-то
неутомимого Робинзона Крузо. Не менее пестрые, но, пожалуй, гораздо менее
достоверные сведения о Магрибе можно почерпнуть и из по-прежнему популярных
приключенческих романов А. Дюма, К. Юнга, А. и С. Голон и т. п. Учебники
истории вновь возвращают нас к страницам великого прошлого Карфагена -
некогда гордого владыки морей, располагавшегося на территории нынешнего
Туниса и столетиями отстаивавшего свою славу первой морской державы
античного мира под не ослабевавшим нажимом эллинов и римлян. Знаменитые
пунические войны, походы Ганнибала, расцвет и упадок пунической культуры -
в значительной степени фермента и одного из базовых компонентов
североафриканской цивилизации - все это со школьной скамьи также дополняло
наши представления о Магрибе.
Какой же смысл несет в себе это географическое и историко-культурное
понятие? Мавритания - "страна мавров", или Берберия - "Варварийский берег",
наконец, арабский Магриб - "западный форпост мира ислама" - так столетиями
обозначался в восприятии иноземцев, в том числе и обитателей далекой
России, образ этого обширного и уникального по своему многообразию региона
на северо-западе Африки. Раскинувшись на перекрестке континентов и
цивилизаций, эта земля и сегодня хранит элементы культурного наследия
пунийцев и эллинов, жителей латинского юга Европы и Западного Судана,
кочевников Сахары и горцев Атласа, духовные традиции приверженцев ислама,
иудаизма, христианства, а также всевозможных языческих культов.
Своим именем Магриб обязан арабам, пришедшим сюда в конце VII в. и
принесшим с собой заветы пророка Мухаммеда. Последствия развернувшегося
процесса исламизации трудно переоценить. Недаром как российские, так и
зарубежные исследователи определяют его как величайшую в истории социальную
и духовную революцию, значение которой, по словам французского ученого П.
Паскона, можно сравнить с вступлением Магриба в эру индустриализации на
рубеже ХХв.[1]
Включив в состав своего халифата обширные североафриканские земли к
западу от долины Нила, арабы дали им общее название "аль-Магриб", что
означает "страна, где заходит солнце", или попросту "запад". В зависимости
от удаленности этих западных земель от главных исторических центров
арабского Машрика, т.е. "востока", эти территории делились на "аль-Магриб
аль-Адна" - Ближний Магриб, включающий Триполитанию и восточную часть
нынешнего Туниса; "аль-Магриб аль- Аусат", или "аль-Магриб аль-Мутавассит"
- Средний Магриб, т. е. западные районы Туниса и весь северный Алжир, и,
наконец, "аль-Магриб аль-Акса" - Дальний Магриб, включающий Марокко с
Западной Сахарой.
Вступление Магриба в мусульманскую эпоху сопровождалось новыми бурными
военно-политическими событиями, войнами и усобицами, столь характерными для
всей истории этого оживленнейшего перекрестка межнациональных контактов.
Кризис и падение Омейядов в середине VIII в., постепенное ослабление роли
новых, Аббасидских халифов, правивших в далеком Багдаде, не могли не
вызвать центробежных тенденций, особенно отчетливо ощущавшихся на дальней
периферии огромной теократической империи.
Уже с конца VIII в. на территории Магриба формируются практически
самостоятельные мусульманские государства, нередко и в политическом и даже
в религиозном отношении, оказывавшиеся в оппозиции по отношению к главным
властным центрам Халифата на востоке. Массовые антиаббасидские выступления
привели к образованию целой сети мятежных центров хариджитской
государственности (Джебель Нефуса в Ифрикийе, Тахерт в Алжире, Сиджильмаса
в Марокко и т. д.) Не менее опасным для Багдада было и последующее усиление
местных династий (Аглабидов, затем Фатимидов в восточном Магрибе, Идрисидов
в Марокко, испанских Омейядов в Андалусии и т. п.) С середины же XI в. весь
Магриб и аль- Андалус (мусульманская Испания) переходят в руки берберских
династий сначала Альморавидов, а затем с XII в. Альмохадов и фактически
полностью выходят из-под политического контроля ослабленного к тому же
давлением с востока иранцев, а затем тюрок Багдадского халифата.
Великие империи мусульманского Запада, построенные Альморавидами (XI
- середина XII вв.) и Альмохадами (середина XII - XIII вв.), способствовали
дальнейшему распространению культуры мусульманства на севере Африки и в
Западном Средиземноморье. Именно в этот период арабо-мусульманский Запад
превращается в уникальный центр взаимовлияния, казалось бы, столь
разнородных культур, вышедших из исламской, христианской и иудейской
традиций - из лона единой аврамитической духовности, обогатившей
средневековый мир трудами замечательных писателей и путешественников,
философов и врачей, среди которых достаточно упомянуть имена таких
мыслителей, как Ибн Туфейль (ум.1185), Ибн Рушд (Аверроэс, 1126-1198) и
Маймонид (1135 - 1204), поэтов Ибн Кузмана (ум.1159) и И.Галеви (1075
-1141), географов аль-Бекри (XI в.) и аль-Идриси (ум.1153), историков Ибн
Изари (XIII в.), аль-Марракуши (ум.1224) и многих других. Прямыми
наследниками этого "золотого века" в культуре арабского Запада стали
путешественник и географ Ибн Баттута (ум.1377), и, конечно же, выдающийся
историк и социолог Ибн Халдун (ум.1406), чье наследие оказало немалое
влияние на развитие мировой науки в последующие столетия. Во многом
подобный взлет арабского Запада - Магриба и Андалусии, когда небывалого
расцвета здесь достигли науки и искусство, развивавшиеся "под сенью
полумесяца" представителями различных народов и верований, не только
определил роль этого региона на сцене мирового прогресса, но и обусловил
особое место так называемой "мавританской культуры" в становлении и в
возрождении - Ренессансе - самой западной цивилизации.
Активное взаимодействие исламской и иудейской традиций, а также
христианства (католицизма) в Магрибе и тем более в аль-Андалусе,
непосредственно у его границ, давно заставляло наших исследователей
задумываться о сходстве исторических судеб мусульманского Запада с
ситуацией в средневековой Руси, также ставшей ареной весьма активного
взаимовлияния восточного, мусульманского, и западного, христианского,
начал[2]. Правда, как писал А. С. Пушкин в 1834 г., "татаре не походили на
мавров. Они, завоевав Россию, не подарили ей ни алгебры, ни
Аристотеля..."[3]. Но в то же время не следует забывать и о "татарских
корнях" таких замечательных фамилий, прославивших землю русскую, как
например, Аксаков и Бердяев, Ушаков и Горчаков, Карамзин и Рахманинов,
наконец, Булгаков, Гумилев и многих других, о чем часто напоминал и сам Л.
Н. Гумилев.
Начало новой эпохи было связано для мусульманского Запада с
постепенной утратой тех блестящих, поистине лидирующих позиций в развитии
культуры, которые были достигнуты в средние века. Реконкиста - неуклонное
отвоевание христианскими королями Испании и Португалии обширных территорий
Иберийского полуострова, с начала VIII в. составлявших неотъемлемую часть
мира ислама, завершается в 1492 г. падением последнего оплота мусульманской
государственности в Андалусии - насридского эмирата в Гранаде. Этот же год,
как известно, не случайно становится датой открытия Америки и одновременно
отправной точкой "Великих географических открытий", с которыми многие
исследователи связывают начало новой эпохи в истории человечества.
Открывая новые земли далеко на западе и на востоке от Старого Света,
христианские пионеры-конкистадоры воспринимали мусульманский Ближний Восток
и Северную Африку как неизбежные, но заметно поколебленные, в том числе
крестовыми походами и реконкистой, барьеры на пути к грандиозным
колониальным захватам.
Качественно новым существенным препятствиям в планах европейской экспансии
на Востоке стало стремительное возвышение на протяжении XV в. Османской
державы, к середине XVI в. поглотившей не только практически все страны
арабского Востока, но и значительную часть Магриба, включая Алжир, Тунис и
Триполитанию. Лишь Дальний Магриб - Марокко, объединенное властью султанов-
шерифов, смог выстоять под нажимом турецких гарнизонов - оджаков и эскадр с
востока, со стороны Алжирского эялета. Сохранением своего суверенитета,
марокканцы безусловно были обязаны не только благоприятной международной
конъюнктуре, но и весьма гибкой и умелой политике своих правителей, успешно
игравших на противоречиях христианских монархов и Порты в Западном
Средиземноморье.
Ведущие европейские державы не преминули воспользоваться общим
кризисом турецкой империи, особенно обострившимся к началу XVIII в., и
развернули длительное и ожесточенное соперничество за так называемое
"османское наследство", в том числе за обширные арабские провинции Порты,
протянувшиеся от границ Марокко на западе до Персидского залива на востоке.

Пожалуй, наиболее последовательно укреплявшая свои позиции в
арабских владениях Османов, Франция к началу XIX в. располагала развитой
сетью консульских представительств, торговых факторий и духовных миссий,
разбросанных по всему Восточному и Южному Средиземноморью - от Сирии и
Леванта ... продолжение
Похожие работы
Дипломатия Алжира в период борьбы за независимость и в годы формирования новой государственности
Внешняя и внутренняя политика Испании на современном этапе
Ислам в современном мире
Политика ЕС в отношении Казахстана
Европейский союз: проблемы и перспективы в XXI веке
Развивающиеся страны в международное разделение труда
Правовые проблемы международной экономической интеграции
Совершенствование государственного регулирования международной трудовой миграции в Казахстане
Республика казахстан в международное разделении труда
НЕВОЕННОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО В НАТО В КОНТЕКСТЕ УНИВЕРСАЛИЗАЦИИ АЛЬЯНСА
Дисциплины