Русский казахский языки: проблема интерференции


Тип работы:  Курсовая работа
Бесплатно:  Антиплагиат
Объем: 20 страниц
В избранное:   
Цена этой работы: 700 теңге

Какую ошибку нашли?

Рақмет!






Казахстанский филиал Московского Государственного Университета
имени М.В. Ломоносова
Кафедра филологии

Русскийказахский языки: проблема интерференции

Курсовая работа
студентки 2 курса
филологического факультета
Рысбек Айданы

Научный руководитель
кандидат филологических наук,
доцент Треблер С.М.

Нур-Султан, 2019 г.

СОДЕРЖАНИЕ
Введение
0.1 Актуальность темы ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... .3
0.2 Цель и задачи исследования ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ..4
0.3 Материалы и методы исследования ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ...4
Глава 1. История возникновения интерференции
1.1 Различные подходы к определению термина интерференции ... ... ... ... ... .. ... ... 5
1.2 Проблема интерференции ... ... ... ... ... .. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ...7
1.3 Уровни интерференции ... ... ... ... ... .. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ..9
Глава 2. Лексическая интерференция
2.1 Причины возникновения лексической интерференции в речи билингвов ... ..10
2.2 ... ... ... ... ... ... ... ..12
2.3 Описание мониторинга устной репрезентации русского языка в Казахстане и анализ результатов ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 15
Заключение ... ... ... ... ... ... . ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ...16
Библиография ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... .18
Приложение 1. Языковые примеры ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ..32

Цель данной работы заключается в описании и анализе интерференции казахского и русского языков на лексическом уровне как результата взаимодействия двух языков. В соответствии с поставленной целью формулируются сле - дующие задачи:
1. систематизировать понятие интерференция, изучить виды, последствия, степени интерференции на разных уровнях.
2. классифицировать причины возникновения казахско-русской интерференции на лексическом уровне.
3. описать явления заимствования на материале русского и казахского языков
Теоретической базой исследования стали научные концепции, разработанные следующими учеными:
* Теория языковых контактов и билингвизма (Вайнрайх У., Щерба Л. В., Ильяшенко Т.П., Верещагин Е.М., Розенцвейг В.Ю. ,Гавранек Б.)
* Общее языкознание (Берзин Ф.М., Головин Б.Н.)
* Взаимовлияние русского и национальных языков (Багана Ж., Блажевич Ю. С., Боброва Т. А., Жлуктенко Ю.А., Исаев М.И.)
* Интерференции казахского и русского языков в советском и современном Казахстане (Копыленко М.М., Ахметжанова З.К., Мейрамов Г.А., Кондакова М.Ф., Чайковская Н.Н., Осенмук Л.П., Журавлева Е.А.)

Глава 1. История возникновения и изучения интерференции
0.1 История возникновения интерференции
В 1875 году И.А. Бодуэна де Куртенэ опубликовал книгу Опыт фонетики рязьанских говоров И. Бодуэна де Куртенэ, в которой он описывает смешанный характер языков. Под взаимовоздействием языков И.А. Бодуэн де Куртенэ различал конвергентную перестройку языков в результате контактов. Влияние смешения языков, - говорил он, - проявляется в двух направлениях: с одной стороны оно вносит в данный язык из чужого языка свойственные ему элементы (запас слов, синтаксические обороты, формы, произношение); с другой же стороны, оно является виновником ослабления степени и силы различаемости, свойственной отдельным частям данного языка. [1:366] Схожие идеи выразил и Г. Шухардт. Он отметил, что языковое смешение - исход взаимного приспособления двух языков приводящий к упрощению, а не заимствование. Данную мысль, изначально принадлежащая И.А. Бодуэну де Куртенэ о том, что при взаимодейтсвии языков происходит не только заимствование определенных языковых элементов, но и снижение той или иной различаемости, которая свойственна отдельным единицам языка, если сказать конкретнее - упрощение системы в общем, продолжил и улучшил в своих трудах Л.В. Щерба. С 1907 года после предложенной идеи И.А. Бодуэна де Куртенэ он начал изучать восточно - лужицкие говоры. Эти исследования Л.В. Щербы имеют огромное значение для современной теории языковых контактов. Целью трудов Л.В.Щербы было изучение и описание языковых контактов, которые приводили к такому процессу, как интерференция. Особенностью данного процесса он определял как взаимное приспосо6ление языка двух говорящих и последующим изменением норм обоих контактирующих языков.[2:176]. С этого следует, что мысль о деформирующем влиянии одного языка на другой языка при двуязычии рассматривалась еще Л.В. Щербой, не смотря на то, что термина интерференция он не использовал. Этот термин впервые появился в точных науках, в которых он имеет значение взаимодействия и взаимовлияния, которое может иметь как положительный, так и отрицательный эффект.
В наше время термин интерференция все еще достаточно широко используется в самых различных сферах науки. В языкознание термин открыли ученые Пражского лингвистического кружка, которые под интерференцией описывали процесс отклонения от норм из-за контакта языков. Но самым популярным является определение У. Вайнрайхом, которое вышло в свет в 1953 г. в связи с его монографией Языковые контакты, описывающая процесс лингвистической интерференции. Согласно данному определению, условием возникновения лингвистической интерференции является языковой контакт, под которым можно понимать либо речевое общение между двумя языковыми коллективами, либо учебную ситуацию. Два или несколько языков находятся в контакте, если ими попеременно пользуется одно и то же лицо. Таким образом, местом осуществления контакта являются индивиды, пользующиеся языком. Следствием контактирования языков часто является интерференция, т. е. случаи отклонения от норм каждого языка, происходящие в речи билингвов в результате их знакомства с более чем одним языком [3:1-7].

На самом деле это определение не сильно отличается от тех же пражцев: и пражцы и Вайнрайх рассматривают интерференцию только с отрицательнрй стороны, описывая отклонения в системе и норме контактирующих языков. Подобное понимание эффекта интерференции является совсем не редким. Из двух языков, которые говорящий использует в своей речи, один всегда является основным и превосходящим по сравнению с другим, изученным или изучаемым им позднее. В связи с проблемой интерференции, первый превалирующий язык рассматривается как источник интерференции, а второй - как объект интерференции. Стоит отметить, что основной, первичный язык не должен быть родным. Им может являться и позже изученный неродной язык. В.А. Виноградов, имея точно такое же мнение, и основываясь на многочисленной литературе, делает выводы, что родной язык будет являться источником языковой интерференции только в том случае, если он освоен говорящим в значительно лучшей степени, чем остальные функционирующие в его речи языки. [4:64]
0.2 Различные подходы к определению термина интерференции
Как было сказано ранее, определение предложенное У. Вайнрайхом, до сих пор считается основным, несмотря на то что были попытки его дополнения. Например, Э. Хауген определяет интерференцию как совпадение языковых единиц, то есть она становится элементом одинаково двух т.е. термин понимается, как наложение двух систем [5:69-70]. Однако он не отрицает описание данное У.Вайнрайхом и часто его использует. Ч. Хокетт рассматривает интерференцию только на уровне заимствования и не признает никакого наложения или упрощения. [6:621]
В российской лингвистике наиболее схожую с У. Вайнрайхом позицию имеет В.Ю. Розенцвейг, который описывая отрицательный эффект интерференции, считает, что это - неспособность билингва соотнести контактирующие языки, что и приводит к отклонению от норм. [7:28].
Ученые по разному интерпретируют данное понятие в зависимости от процесса влияния одного языка на другой:
1. "Отклонение в системе языка под воздействием другой системы" (Вайнрайх, 1972, 27). Мы уже понимаем, что описано отрицательное влияние явления на речь говорящего.;
2. Транспозиция навыков и умений из одного языка в другой (Назарова, 1972, 274; Ершова, 1972, 131) Тут же термин описан, как положительное явление, который помогает человеку изучить незнакомый язык по средством знакомого ;
3. "Взаимодействие систем двух языков вследствии языковых контактов" (Семчинский, 1974, 76). В этом значении интерференция понимается как двусторонний процесс, который проявляется при контактировании двух языков;
4. процесс, действующий лишь в одну сторону, на перенесение особенностей родного языка на изучаемый неродной язык (Розенталь, 1976, 132). Такое понимание исключает двусторонность процесса взаимодействия языков;
5. интерференция - это давление, вытеснение инородной системы из системы родного языка в момент их контактирования с постепенным ослаблением степени и качества давления, вытеснения (Вафеев, 1984, 190). Здесь замечается отрицание влиянии интерференции на контактирующие языки.
Также могут пониматься изменения, которым подвергается язык. Т.П.Ильяшенко указывает, что ...начальная стадия интерференции в лексике или грамматической структуре - это какое-либо отклонение от нормы, которое проявляется в отдельном стиле, у какого-либо писателя, в разговорном языке. Но такое отклонение может получить распространение, закрепиться в литературном языке, расширить сферу употребления, и в таком случае это будет явление интерференции - проникновение в ткань языка новых элементов (Ильяшенко, 1970, 47).
Противоположное высказывание находим у В.Ю. Розенцвейга: Нарушение билингвом правил соотнесения контактирующих языков, которое проявляется в его речи в отклонении от нормы, называем интерференцией (В.Ю.Розенцвейг, 1972, 4).
У.Вайнрайх выделил две стадии контакта двух языков:
1. отклонения при изучении языка, которые приводят к ошибкам
2. отклонения, которые не считаются отклонением от нормы так как укоренились в речи говорящих.
Тем самым можно различаться понятия интерференции в речи и языке. (У.Вайнрайх, 1972, 32).
Аналогичное высказывание привела Э.М. Ахунзянова: ...первоначально интерференция возникает в речи билингва, но при благоприятных условиях она может распространиться среди монолингов, становясь таким образом фактом языка. Поэтому интерференция не обязана всегда оставаться интерференцией, то есть отклонением от нормы: при частом повторении она сама становится нормой (Ахунзянов, 1978, 83).
До 50-х гг., 19 века, языковая интерференция воспринималась только с точки зрения отрицательного влияния. Однако в наши дни данное явление показывает себя с положительной стороны, обогащая лексикон и меняя понятие нормы при изучении нового языка.
Соответственно, можно говорить об интерференции положительной (конструктивной) и отрицaтeльной (деструктивной). В этом ключе толкуется понятие интерференция навыков и К. К. Платоновым, который при этом проводит аналогию с физической интерференцией: Как в физике интерференция волн, интерференция навыков дает и ослабление, и усиление новых навыков под влиянием уже имеющихся. [11:175] Не следует забывать, что термин интерференция пришел в лингвистику из физики, где это явление может быть положительным и отрицательным.
0.3 Уровни интерференции
До сих пор в литературе вопрос интерференции рассматривался на следующих уровнях:
1) фонологическом;
2) морфологическом;
3) синтаксическом;
4) лексическом;
5) семантическом.
Звуковая интерференция возникает в тех случаях, когда билингв при коммуникативном акте нарушает произносительные нормы, отождествляя фонемы родного языка с фонемами изучаемого иностранного. Ошибки такого характера искажают смысл сказанного и затрудняют понимание. Если сравнить фонетические системы казахского и русского языков, нетрудно заметить, что в казахском языке имеются звуки, которых нет в русском. Также в этих языках имеются звуки, частично совпадающие по акустико-артикуляционным показателям и совпадающие полностью по графическому изображению.
Алфавит современного казахского языка состоит из 42 букв: 33 буквы из кириллического алфавита и 9 букв, передающие специфические звуки казахского языка. Несмотря на графическое совпадение в русском и казахском алфавитах 33 букв, в звуковой речи обоих языков некоторые из них произносятся по-разному. Так, в силу акустико-артикуляционных особенностей звуков, обозначаемых буквами ы, ж, ш имеют место отклонения в произношениии. В процессе реализации фонемы, обозначаемой буквой ы (узкий заднерядный негубной звук) в казахских словах в основном на начальном этапе обучения очень часто допускаются ошибки. Казахский звук [ы] произносится короче, чем аналогичный в графическом изображении русский звук [ы].
В русском языке звуки, обозначаемые буквами ж, ш, не имеют пары по твер- дости-мягкости. Они всегда твердые, в то время как в казахском языке эти фо- немы реализуются как с переднерядными, так и с заднерядными гласными. На- пример, в словах жаз (лето; пиши), шаш (волосы) звуки [ж] и [ш] в соответ- ствии с законом небной гармонии (сингармонизма) произносятся твердо, являются заднерядными. Их произношение не составит труда для русскоговорящего, так как инварианты русских фонем и вариации задненебной сингармонизации казахского языка эквивалентны [1. C. 60]. Но в словах жезде (зять) и шеше (мать) согласно закону гармонии звуков они произносятся мягко, являются переднерядными (палатальными). Явления, соответствующего этому при- меру в русском языке нет. Определенную трудность для русскоговорящего вызывает реализация фонемы о. Как известно, в русском языке в безударных слогах гласные звуки подвергаются редукции. В результате ослабления артикуляции происходит качественная редукция -- изменение звучания гласного. Согласно этому правилу, звук [о] в безударном слоге произносится как [a], например: вода [вада], окно [акно]. В казахском же языке безударные гласные не меняют своего качества, что является особенностью фонетики этого языка. Гласные в любой позиции в слове почти не подвергаются редукции и сохраняют свои артикуляционные признаки.
В казахской речи русскоговорящий учащийся часто произносит безударный звук [о] как [a] в соответствии с орфоэпическими нормами русского языка. На- пример, вместо [ота ́н] (Родина) -- [ата ́н] (холощеный верблюд), вместо [жора ́] (обычай) -- [жара ́] (болячка), вместо [бота ́] (верблюжонок) -- [бата ́] (благосло- вение). По правилам казахской орфоэпии звук [о] в речевом потоке произносит- ся всегда четко как [о] (1). Очень часто наблюдались случаи неправильной реа- лизации данной фонемы, что приводило к определенным казусам. Поясним ска- занное примером. Предложение Мен Отанымды сүйемін -- Я люблю свою Родину русскоговорящий студент, отождествляя безударную фонему о русского языка с казахской о, произнес: Мен атанымды сүйемін -- Я люблю своего холощеного верблюда. К тому же глагол сүю (любить) можно использовать только по отношению к людям, родине и к хобби. Для выражения любви к животным казах ис- пользует словосочетание жақсы көру (любить).
Наблюдаются также отклонения в произношении специфического казахско- го звука [і]. Его графическое изображение соответствует английскому звуку [і] [I]. Очень часто студенты ошибочно произносят этот звук как [и] или [ы], что ведет к искажению значения слова. В данном случае мы видим интерферирующее влияние английского языка. Например, вместо слова білік (знание) произносят слово схожее по звучанию с билік (господство), вместо кідіру (задерживаться) -- кидіру (надеть). Данные примеры показывают полное искажение смысла слова. Отклонения выявляются при произношении слов кітап (книга) -- китап, тіл (язык) -- тил. Слушая чужую речь, мы при анализе слышимого используем привычное нам фонологическое сито своего родного языка. А поскольку наше сито оказывается неподходящим для чужого языка, постольку возникают и многочисленные ошибки, недоразумения. Звуки чужого языка получают у нас неверную интерпретацию, так как они пропускаются через фонологическое сито нашего родного языка.
Как показала практика, наибольшую сложность в произношении представляют специфические казахские звуки:
-- переднеязычные гласные звуки: ə, ө, і, ү;
-- заднеязычный гласный: ұ;
 -- глухой согласный: қ;
 -- звонкие согласные: ғ, һ;
-- сонорный согласный звук: ң.
Чаще всего нарушения произносительной нормы в казахской речи русскоговорящего студента наблюдаются в реализации фонем ұ, ү, ө. Так, слово төк (вылей) произносится как [түк] (волос), құт (богатство) как [күт] (жди) или вовсе иначе, что может привести к курьезу, двусмысленности.
В речевой деятельности учащихся также наблюдаются искажения в интонации. Это приводит к неверному пониманию смысла высказывания. Так, если учащий- ся произнесет вопросительное предложение Үйге барасың ба?, повышая тон в конце предложения и с вопросительной частицей под ударением, то это будет означать вопрос: Пойдешь ли ты домой? Если же под ударением будет находится предпоследний слог глагола и тон понижается к концу предложения, то это будет означать просьбу пойти домой (А не сходил бы ты домой?).
Интонационные структуры казахского языка все еще мало изучены. По мнению некоторых языковедов, дальнейшие исследования в области интонации должны заключаться в выявлении полного набора интонационных конструкций как русского, так и казахского языка в последовательном сопоставлении компо- нентов интонации (мелодики, паузы, длительности, темпа, интенсивности и т.д.), их функционирования и взаимодействия в предложениях и в более крупных коммуникативных единицах казахского и русского языков, что существенным об- разом уточнит наше представление о просодической интерференции.
Интерференция на грамматическом уровне проявляется в результате различия грамматических категорий и воздействия грамматической структуры родного языка в речи билингва или полилингва. Большую трудность для русскоговоря- щего студента представляют притяжательные аффиксы. В русском языке нет грамматической категории, выражающей принадлежность предмета определен- ному лицу, т.е. притяжательных аффиксов. Для этого в русском языке использу- ются притяжательные местоимения. В казахском языке данная грамматическая категория образуется посредством аффиксов принадлежности трех лиц в единственном и множественном числах. Формы притяжательности проявляют себя в сочетании с местоимениями и существительными в родительном падеже. Очень часто учащийся забывает присоединить в таких сочетаниях аффикс принадлежности к слову, выражающему предмет обладания, или опускают аффикс роди- тельного падежа в местоимении и существительном, обозначающем обладателя, например: Менің əке или Мен əкем вместо Менің əкем (Мой отец). Также место- имение в родительном падеже может опускаться, а принадлежность предмета можно выразить соответствующим притяжательным аффиксом. Но русскоговорящий студент, как показывает практика, почти не использует эту форму слова без местоимения, так как приравнивает русские притяжательные местоимения к местоимениям казахского языка в родительном падеже. Еще более трудным для учащегося является образование словосочетаний с аффиксом принадлежности в местном, винительном и дательно-направительном падежах. Это объясняется отсутствием аналогичных грамматических форм в русском языке или плохих знаний парадигм склонения казахских существительных. Дело в том, что слова с аффиксом принадлежности третьего лица в винительном, местном и дательно-направительном падежах принимают несколько иные аф- фиксы этих падежей. В казахском языке такое склонение называется притяжа- тельным. Например, вместо положенного аффикса -да-де местного падежа по- сле аффикса притяжательности в третьем лице используется -нда-нде, вместо аффикса -ныні винительного падежа после притяжательных аффиксов третьего лица необходимо использовать аффикс -н, а вместо -на-не дательно-направительного после притяжательного аффикса в третьем лице используется двухвариантный аффикс -а-е. Так, имеет место частое употребление окончания -да-де местного падежа обычного именного склонения вместо -нда-нде притяжательного склонения: атасыда вместо атасында (у его деда). Многофункциональная четырехвариантная грамматическая форма на -қан -кен-ған-ген вызывает особую трудность в усвоении и понимании. Дело в том, что во многих учебниках эта категория представлена как причастие. Однако причастие лишь одна из функций этой грамматической категории, не всегда аналогичная значению и функции причастия в русском языке. Например, словосочетание барған кісі означает человек, который пошел туда и не совпадает с русским причастием в словосочетании ходивший человек. Эта форма принимает аффиксы различных падежей и выражает разные значения. Также эта форма может передавать значение русского глагола давнопрошедшего времени.
На синтаксическом уровне явление интерференции в речи русскоговорящих учащихся наблюдается в нарушении порядка слов. В казахском языке порядок слов фиксированный, в русском языке свободный. В казахском предложении более ограниченная возможность расстановки слов. Позиции сказуемого и дополнения в двух языках различны. Сказуемое в казахском предложении всегда занимает конечную позицию. Простое повествовательное предложение на казахском языке Ол кітапты алды в русском языке будет иметь вид Он взял книгу. В ка- захском предложении прямое дополнение предшествует сказуемому, а в русском оно в конце предложения. Если поменять порядок слов в предложении Əдемі қыз сурет салды -- Красивая девочка нарисовала рисунок следующим образом: Қыз əдемі сурет салды -- Девочка нарисовала красивую картину, то поменяется смысл пред- ложения. Таким образом, в русском языке связь слов в предложении выражается в основном морфологическими средствами, а в казахском языке -- как морфологическими средствами, так и порядком слов.
Трудность наблюдается в использовании послелогов, соответствующих по зна- чению и функциям русским предлогам, которые в отличие от русских предлогов находятся в постпозиции. Казахские послелоги употребляются с аффиксом принадлежности, множественного числа и склоняются по падежам. Помимо после- логов, русским предлогам соответствуют и некоторые падежные формы казахского языка.

Глава 2. Лексическая интерференция
2.1. Причины возникновения лексической интерференции
Мы уже гвоорили о том, что лингвистическая интерференция проявляется на всех уровнях языка. Наиболее сложным и трудным из
них является лексико-семантический уровень, поскольку лексическая система любого языка, как известно, является открытой, [25, С. 21] другими
словами, менее организованной по сравнению с другими системами языка (фонетической, морфологической и т.д.). [17, С. 9]
Основной лингвистической причиной возникновения лексической интерференции является национальное своеобразие лексических значений, проявляющееся прежде всего в том, слова, тождественные по смыслу, занимают в разных языках неодинаковое положение, выполняют различные функции. [8, С. 148]
Ц В. Щерба писал, что мир, который нам дан в нашем непосредственном опыте, оставаясь везде одним и тем же, постигается различным образом в различных языках, даже в тех, на которых говорят народы, представляющие сооои известное единство с гонки зрения культуры... В общем можно сказать, что нет абсолютно тождественных понятий в разных языках, а поэтому и перевод, как мы знаем из опыта, никогда не бывает точным. [26, С. 49]
О несовпадении значений слов в разных языках писал в 1909 году немецкий лингвист К. Эрдман: Общепринятые выражения, которые обычно считают переводами иностранных слов и которые грудами хранятся в словарях, большей частью являются не эквивалентами понятий, а словами близкой семантической сферы, поэтому нет никаких оснований ожидать, что они содержат смысловые и эиоциональные оттенки ориганала. [8, С. 150]
Изучение второго языка, особенно его лексики, всегда происходит с оглядкой на родной язык. [27, С. 174] Билингв, произведя речь
на вторичном языке, стремится найти словам родного языка эквивалентные лексемы в чужом, неродном языке, вследствие чего
создается так называемый смешанный план речи, характерный для субординативного двуязычия. Вот что пишет об этом У. Вайнрайх: Представим себе двуязычного носителя языков S и С, отождествляющего слово Si языка Sc некоторым словом С языка С, затем слово S2 со словом С2 и т.д. Но вот для простого слова S6 и для сложного слова (S 7 + Sg) + S 9 OH не находит подходящих эквивалентов в языке С. Пожалуй, основополагающим условием для лексической интерференции и является подобное ощущение лексическою дефицита..., [5, С. 42-43] заставляющего билингва прибегать к помощи родного языка.
Одна из причин плохого усвоения и употребления в речи лексем вторичного языка связана с частотой их употребления: ...слова с низкой частотой ...просто недостаточно прочно ... продолжение
Похожие работы
Казахский музыкальный язык как государственная проблема
Казахский писатель Букейханов Алихан
Языки и технологии программирования
Методика определения родного языка по фонетической интерференции в речи на втором языке
АБАЙ КУНАНБАЕВ - КАЗАХСКИЙ ПОЭТ И ПРОСВЕТИТЕЛЬ
Казахский аул накануне коллективизации
Лингвопереводческий анализ экономических терминов с английского на русский язык
Великий казахский ученый - Ахмет Байтурсынов
Казахский народный артист
Проблема ценообразования
Дисциплины
Stud.kz
Арайлым
Біз міндетті түрде жауап береміз!
Мы обязательно ответим!
Жіберу / Отправить

Рақмет!
Хабарлама жіберілді. / Сообщение отправлено.

Email: info@stud.kz

Жабу / Закрыть